Необходимым дополнением такого ничтожного, бессмысленного существование является типичная «скандальная хроника»,[842] которая без всякого стеснение касалась в особенности половых отношений, причем даже женщины обнаруживали особое рвение к раскрытию малейших деталей (Ювенал, VI, 403–404); тайные пороки того или иного лица или расходы его на его метрессу составляли предмет сплетен и болтовни (Марциал, VII. 10). В то же время, с другой стороны, там очень сильно было и описываемое часто Марциалом лицемерие в половых вопросах, так что ответ гордой британки (у Дио Кассия 76, 16), осмеянной за ее свободные половые отношения, имеет свое оправдание. Она сказала: «Мы гораздо лучше удовлетворяем свои естественные потребности, чем вы, римлянки. Мы открыто имеем сношение с лучшими, а вы тайно живете в прелюбодеянии с худшими».
В тесной связи с жаждой наслаждений находится маммонизм, это истинное удобрение для проституции. Охота за деньгами и наслаждениями – вот печать времен империи (Гален, изд. Кюне, X, 2 и 172). «С тех пор, как собственность сделалась единственной радостью, мы потеряли прелесть жизни. Что раньше называли вообще, как высшее благо, свободными искусствами, то превратилось в свою противоположность; с тех пор успех достигался только любовью и пониманием рабства. Но как бы это различно ни проявлялось, в одном все согласны – в желании и в надежде разбогатеть. Так началась дикая жажда жизни, но сама жизнь потеряла свою ценность» (Плиний, Natur. histor. 14, I).[843] Ювенал (VI, 298–300) справедливо приводит в связь половой разврат и проституцию с жадностью к деньгам:
(Перев. Фета).
Кроме половых, в круг античных наслаждений входили еще удовольствие стола (Апиций, Лукулл и фигура Трималхия в романе Петрония), роскошные одежды, купания, мази, благовония, роскошная постель, музыка и т. д. Все это до мельчайших деталей описано в 12-ой книге «Deipnosophistae» Атенея и художественно правдиво – в «Coena Trimalchionis» Петрония. У них можно также найти известное философское обоснование и оправдание сибаритски-эпикурейского образа жизни; так например, у Атенея (XII, гл. 64 и 65) посланник Полиарх в большой речи развивает такую философскую точку зрение перед, тарентинцами; или еще короче это выражено в соответственных стихах на серебряном скелете, на пиршестве Трималхия:
(Peiron. Satir, 34).
Все описанные нами явление античной цивилизации должны были в высокой степени повышать спрос на проституцию. Теперь нам, остается еще рассмотреть некоторые чрезвычайно важные социальные причины повышенного предложения проституции. Главным образом, оно, конечно, зависело от упомянутого уже нами развитого рабства. Но здесь в значительной степени играли роль и такие моменты, которые и теперь еще считаются ответственными за большое предложение проституции. В настоящее время их объединяют в общем понятии «социальный вопрос». Как показывает законодательство Солона, социальный вопрос уже очень рано появился и в поле зрение древних, а в последнее время республики и в эпоху империи он стал не менее жгучим, чем у нас. Древним не менее, чем нам, были известны явление социальной нищеты, пауперизм, перенаселение и жилищная нужда, и им приходилось в полном объеме испытывать на себе их последствия.
