Большое распространение эротических сочинений среди греческой и римской публики видно уже из приведенного выше мнение Аристотеля и из 13-го тома застольных изречений Атенея. Овидий (Trist. II, 307–308) полагает:
(Еще нет преступление в перелистывании неприличных стихов; скромность не запрещает читать многое, что она не разрешает делать).
А Филострат (ер. 14) одобрительно говорит: «Эротические поэты представляют приятное развлечение и для пожилых уже людей; они вызывает воспоминание о любви и люди как будто снова молодеют». Весьма характерен, как показатель большого распространение порнографической литературы среди римлян в И-м веке до Р. X., следующий рассказ Плутарха (Crassus 32) из парфянской войны 53-го года до Р. X.: «После того Суренас (победитель Брасса) велел созвать сенат селевкийцев. и положил перед ними развратные сочинение Аристида, носящие название «Milesiaca», чем он отнюдь не возвел на римлян ложного обвинения. Ибо книги эти были найдены среди багажа некоего Рустиуса и подали повод Суренасу в бранных выражениях осмеять римлян, что они даже во время войны не могут обойтись без такого рода вещей и книг».
На ревностное чтение таких книг женщинами намекает Марциал (Ш, 68), а живший 400 лет после Р. X. врач Теодор Присциан даже рекомендовал во время полового бессилия чтение сочинений, «направляющих мысль в сторону чувственности».
От этих общих замечаний о происхождении, значении и распространении эротически-порнографической литературы мы переходим к краткому обзору отдельных видов и произведений литературы, поскольку они еще не были упомянуты нами.
I. Эротически-сотадическая поэзия. – Мы можем останавливаться на рассмотрении эротической поэзии греков и римлян лишь по стольку, поскольку в ней выступают на первый план физическая любовная страсть, связь с мужской и женской проституцией и с жизнью гетер. Сентиментальная же эротика менее относится сюда:
Старейшим представителем поэзии кинед и развратных песен, которыми сопровождались ионийские танцы и аналогичного характера музыка, считается Литермос из Теоса. современник Хиппопакса (в 1500 г. до Р. X.). Он же является, как говорят, и изобретателем неприличной ионической музыки. Периодом расцвета «кинедологии» или «ионикологии» была эллинская эпоха. О происхождении, ее из развратных песен, употребительных среди проституированных лиц обоего пола, свидетельствует Страбон (XIV, стр. 648), когда он сообщает, что фехтовальщик Клеомах влюбился в кинеда и в его содержанку проститутку и потом подражал употребительному у них развратному способу выражений и поэтическому изображению нравов. Затем Сотад и житель Этодии Александер разработали кинедологию в прозе, а Симос и Лизис – в стихах. Атеней (XIV, 620с) дает несколько другой хронологический порядок кинедологических поэтов. По его словам, неприличные ионические песни уже до Сотада сочиняли Александер из Этолги, Пирес из Милета и Алексес, а по Свидасу (в статье о Сотаде) к ним нужно еще прибавить Теодорида, Тимохарыда и Ксепарха.
Но истинным творцом и главным представителем греческой порнографической литературы, по имени которого весь этот род литературы и до сих пор называется «сотадическим», был Сотадес из Маронеи, живший при ПтоломееII Филаделфеи сочинявший свои неприличные сочинения, как в прозе, так и в стихах. По его имени, известный стих назван «Sotadeum metrum». Сотад имел также, по-видимому, ту особенность, что его стихи приобретали неприличный смысл лишь после того, как их читали в обратном порядке. Стихи его предназначались больше для чтения и речитатива, чем для пения. Мы назовем из них «Priapos», стихотворение, посвященное гетере Белестихеи др. Неприличие содержание явствует из замечание Квинтилиана (I, 8, 6), что чтение сотадических стихов нужно либо избегать, либо только сохранять для людей более крепкого и здорового еще возраста; что Сотад касался в них и известных вариаций половых сношений, намекает Марциал, VI, 26, где он одному cunilingus дает прозвище «Sotades». Даже и конец Сотада связан, как говорят, с неприличной сказанной им остротой по поводу свадьбы Птоломея Филиделфа с его сестрой Арсиноей; по приказу государя, его бросили будто бы в море в свинцовом ящике. Биографию его написали сын его Аполлоний и пергамеец Каристий.
