«Ни проказа, ни черная смерть, ни убийственная болезнь английского пота, которая как ураган свирепствовала почти в то же время в значительной части Европы и потом навсегда исчезла, не вызвали среди людей такого ужаса, как «monstrosus morbus nullis onte saeculis visus, totoque in orbe terrarum incognitus» (Cataneus), как сифилис. Причина этого понятна. Сифилис совершил то, что названным болезням было не по силам. Он поразил человечество в корне его существования, в том инстинкте, который, согласно известным стихам Шиллера, правит миром на ряду с голодом, т. е. в любви. «Порожденная в связи с таинственным актом, ведущим к продолжению человеческого рода, болезнь эта, до того неизвестная ни народу, ни врачам, своим появлением в конце XV столетие произвела потрясающее впечатление. С тех пор она точно злой демон легла всей своей тяжестью на самые нежные отношения, точно дыхание чумы губит молодость и красоту, величайшим грехом виснет над каждым ложным шагом, отравляет кровь еще народившегося, невинного плода, с молоком кормилицы прокрадывается в семью и с тайным старанием всюду подтачивает самый мозг общества»… (А. Geigel). Сифилис был одним из могущественных явлений, появившихся на пороге нового века и коренным образом изменивших кругозор человечества. Он не только существенно способствовал великому перевороту в медицине, но и в отношениях между людьми, преимущественно между полами, произвел настоящую революцию. Сифилису принадлежит большая доля участие в развитии современного индивидуализма».
Ниже мы еще подробнее рассмотрим это значение сифилиса для современной цивилизации. Здесь же мы укажем только, что проституция благодаря сифилису стала другой, чем была раньше, и что именно сифилис больше всего разрушил с течением времени античный характер проституции. Поэтому он составляет естественную грань, отделяющую антично-средневековую проституцию от современной.
Что же касается истории и распространение проституции до появления сифилиса, т. е. в так называемую эпоху средних веков, то мы здесь во всех отношениях имеем перед собой органическую, а частью даже непрерывную во времени связь с античными условиями. Это видно, прежде всего, из рассмотрение религиозно-политической среды, созданной распространением греко-римской культуры на восток и на запад.
