– Опустите оружие! Сие нашествие есть испытание, спосланное небесами за грехи наши! Возрадуйтесь же! Пришёл истины час. Повергнитесь на колени и молитесь! Ежели инопланетяне – христиане, так они вас не тронут. А нет… Господь, да будь милосерд! Я же помолюсь за души сиих шаров!
И, приложившись ко кресту, скорым шагом направился в сторону противника.
– Ну вот. Батюшка ума решился! – огорчился Михайло Фазан, сдёргивая с головы шапку.
Отец же Ананий, подошед к скоплению инопланетян, принялся махать в их сторону кадилом. Сначала те были вполне покойны, но в скором времени, стало думать, наскучив этой непонятною игрой, один из ближайших шаров сделал молнию, и батюшка отдал богу душу.
Кто-то из мужиков дёрнулся было вперёд, поднимая топор, но староста цыкнул на него:
– Не балуй! Только зазря себя погубишь.
Некоторое время ничего более не происходило. Шары, словно бы не умея решить, как действовать, оставались на месте, лишь слегка покачиваясь из стороны в сторону. Но вдруг все они разом двинулись к поднавесу особняка. Казалось, внимание их привлекло окошко дальновидения. Под оным они и оставались ещё другие часа два. Крестьяне же, будучи не в силах взять в рассуждение, что им предпринять к своей защите, тоже как стояли на крыльце, так там и остались.
Жутко было видеть, как сатанинские шары в полном безмолвии внимают транслируемой адвертации:
– Ты успешен, хорош собою, богат? Следственно, ты достоин лучшего из средств передвижения! Обрати внимание на новую модель кареты от немецкого каретного дома «Эрстер Даймлер»! С обновлённым интерьером и дизайном! Пожалуй, сегодня это лучшее предложение на рынке карет!
Затем стал представляться очередной сюжет «Полевых работ со звёздами». На сей раз шло повторение прошлогоднего выпуска, посвящённого косьбе. Модный столичный живописец Иван Крылов пытался овладеть косою, делая в своём блокноте, во время передышек, наброски окружающего пейзажа.
Наконец один шар отделился от группы своих сородичей и подкатился ко крыльцу. Два верхних его отростка завибрировали. И в воздухе зазвучали слова:
– Сдавайте себя. Мы в доме хозяин. Мы здесь обновлённый улучшенный хозяин.
– Так они окошко слушали, потому, значит, говорить по-нашему учились! – смекнул Михайло Фазан.
– Переставайте работать топоры, – вновь заговорил шар. – Кто работать топоры, исключается из природы. Сдавайте себя. Мы хозяин. Ведь мы это достойны.
Что было ответить мужикам? Староста лишь руками развёл – сдаёмся, мол.
Но гонцов с известиями в Заболоцк послали.
Город забурлил. Во всех сословиях и обществах разговоры были только об одном. Самым спешным образом стали собирать ополчение. Первейшая незадача заключалась в том, что имперская армия на помощь осаждённому уезду в скором времени подоспеть нипочём не могла. Ближайшая воинская часть стояла в Оренбурге, откуда дней пять ходу, другая была расквартирована в Уфе, откуда все семь. Главное же – природа составляла препятствие к передвижению войск. Край Заболоцкий и во всякое-то время был топок, а уж о весеннюю пору реки, коими изобиловала местность, выступали из берегов, заливали земли на многие вёрсты, и уезд становился недостижим. Рельсовые же пароходы, винтовые паролёты и воздушные дирижабли, изобретённые братьями да Винчи уж с десяток лет тому, существовали только в теории, как на сделание их потребны были технологии, коими человечество пока что не овладело.
Командовать ополчением назначен был майор Григорьев, поседелый ветеран русско-китайской кампании. И он тотчас вступил в исполнение этой должности. В город съезжались крестьяне со всех окрестных деревень. Останавливались, кто где пришёлся: иным давали место в городских домах, другие помещались на биваках близ города. Майор вооружал войско топорами, серпами, а наибольшее внимание уделял косам, как их длинные рукояти позволяли рубить супостату щупальца, не подходя вплотную.
– Веселей, ребятки! – подбадривал он новые отряды ополченцев. – Ноне, небось, не китайцев воевать, дело будет полегче! С китайцами ведь как было? Регулярная армия, муштра, маршировка, экзерциции с оружием, ружейные приёмы. Тоска, одним словом! Вас же жонглировать ружьями солдатский артикул я заставлять не стану, потому ружейная стрельба для супостата не убийственна, следственно, и самые ружья нам без надобности. Маршировать на плацу вы у меня тоже не будете, за неимением плаца. Так что дело наше будет жаркое, но весёлое!
Девятнадцатого апреля во второй половине дня ко гражданам Заболоцкого уезда обратился сам государь император, по прямой дальновидной связи из Ярославля. Самодержец облачён был в драгунский мундир и держал под уздцы коня.
– Соотчичи! Ребята! – сверкнув очами, молвил он. – Не Заболоцк ль за вами! Верую, что достанет у вас храбрости на славную победную баталию!
И, произнесши сии слова, государь почему-то поцеловал коня в брюхо.
На чём трансляция и закончилась.
– Незаболоцкль… – задумчиво произнесла госпожа Погодина. – Любопытное слово. Походит на древнее ацтекское название вулкана.
