– Всякое бывает, – усмехнулся парень. – Вообще, все зависит от цены вопроса. Можно за одну ночь заработать столько, сколько зарабатываешь за год бродяжничества по грязным дорогам. Но в основном мы отказываемся – ну кто из этих людей может заплатить такие деньги? А разменивать себя на гроши, как уличные шлюхи, это себя не уважать. Да и прознают, что артисты спят с кем ни попадя, за малые деньги, потом отбиваться замучаешься. Всякое бывало, опять же… и бежать приходилось, прямо в ночь. Ты не смотри, что девушки такие хрупкие да стройные, в случае надобности они могут драться не хуже пьяных наемников. Не одну башку кружкой или табуретом разбили. Мы же артисты, а значит, почти наемники и полубандиты! – Борин рассмеялся над своим словами, а Влад задумался и вспомнил девчачьи группы на Земле, так называемые «Поющие трусы», они тоже подрабатывают проституцией и тоже за большие деньги.
Перерыв закончился, Грина уселась перед сценой, ссыпав деньги в мешочек и крепко зажав его в руке во избежание кражи, а жонглерши приготовились к новому номеру. Они зажгли факелы, и через несколько минут в зале началось огненное представление – колесо из горящих факелов завертелось в воздухе, а девушки при этом прыгали вверх, переворачивались через себя, умудряясь не потерять свою опасную ношу. Влад покосился в сторону трактирщика и заметил, как тот напряженно следит за артистками, держа при этом рядом с собой ведра, полные воды и двух рабочих, готовых тут же броситься и затушить пламя. Влад вспомнил, как Борин пенял Марке за подпаленного трактирщика, и с улыбкой решил, что для подобных представлений это совсем не редкость – поджечь чего-нибудь в трактире. Искусство требует жертв!
Девушки, совершая перевороты, на доли секунды обнажались почти до шеи – трусиков тут не носили, так что все их прелести были наружу во всех ракурсах – представление было чем-то средним между цирковым номером и стриптизом.
Наконец, и этот номер закончился, факелы с шипением потухли в ведрах с водой, и трактирщик облегченно утер лоб с наморщенного лба.
Грина снова пошла к зрителям, возбужденно лапавшим ее и чуть не заваливающим на скамьи. Влад даже чуть привстал несколько раз, глядя на то, как она с трудом выпутывается из липких рук мужчин, разгоряченных обнаженными телами жонглерш и выпитыми спиртными напитками.
Положение спас трактирщик. Открыв входную дверь, он впустил в зал штук двадцать шлюх разной возрастной и ценовой категории, которые тут же занялись окучиванием клиентов. Через пять минут вереницы парочек с раскрасневшимися лицами и горящими глазами потянулись наверх, к комнатам на час, на полчаса, на десять минут – секс-конвейер заработал по полной.
Трактирщик радостно потирал руки – видно было, что он имеет прибыль и со шлюх, и со сдачи в наем комнат. Похоже, цена на их аренду этим вечером сильно возросла… клиентам не терпелось приступить к общению с женщинами – пусть и не такими красотками, как артистки, но если закрыть глаза и не особо прислушиваться, а тем более принюхиваться, то их заветные места ничем не отличаются от интимных частей акробаток, и стоят при этом в сотни раз дешевле.
Следующим номером был акробатически-эротический этюд, возбудивший зрителей вообще до исступления: девушки-акробатки, Грина и Шаван, свивались в клубки, как две змейки, делали стойки друг на друге, терлись обнаженными телами и переплетались – и все это под тихую мелодичную музыку и балладу в исполнении Борина о каких-то влюбленных девушках, которые потеряли своих возлюбленных на войне и теперь им ничего не остается, кроме как любить друг друга.
Влад не особенно приветствовал «розовую» любовь, для него это всегда было чем-то противоестественным, как и «голубая», но «розовые» красавицы, признался он себе, действовали чертовски возбуждающе.
Ну а зрители, так те вообще теряли головы: они хрипло дышали и чуть ли не стонали, глядя на это безобразие. Влад не удивился бы, если б узнал, что многие из них достигли оргазма прямо в зале.
«Проституток сегодня тоже засыплют деньгами, – с усмешкой подумал Влад, – им не надо никого уговаривать – стоит только сойти с лестницы и сказать: а кто хочет… И сразу кинется толпа возбужденных мужиков с криками: я! я!»
Номер закончился, деньги посыпались на дно котелка, а Влад спросил у Борина:
– А ты что не выступаешь в акробатическом номере? Ты же вроде как акробат?
– Акробат, – усмехнулся парень, – только мне для номера нужно место, а где тут разогнаться? Этот номер исполнялся девушками в урезанном виде – какая там акробатика… так, для возбуждения. Настоящую акробатику ты увидишь, когда мы… если мы попадем в замок барона. Там места много, можно и прыгать, и выстраивать пирамиды – а тут чего, на этом пятачке? На нем только блохам скакать…
