Марибор не успел и оглянуться, как колдунья накрыла на стол. Запахло вкусно едой. Как знала, что он очнётся ныне, наготовила яств. Усадив князя за стол, она ещё долго расспрашивала его и всё больше о волхве. И когда Марибор рассказал, что не только видел всё как наяву, но что Творимир едва не оставил его в нави, Чародуша помрачнела и погрузилась в раздумья.
— Сильный волхв, — наконец, проронила Чародуша. — Значит, он хочет вновь воплотиться через тебя, чтобы довершить своё наказание, — подняла она глаза на Марибора. — Чтобы он ни говорил и как бы ни влиял на тебя, борись всеми силами.
— Я знаю, — Марибор вылез из-за стола. — И надеюсь на тебя. Я больше не хочу ничего иметь с ним общего. И если поможешь разорвать узы, буду тебе благодарен до конца жизни.
Чародуша коротко глянула на него, и вновь её взгляд сделался отстранённым.
Сорвав с верёвки подсохшую одежду, Марибор быстро облачился, подхватив и кожух с лавки, который так и оставался лежать на своём месте. Ещё ощущая слабость в руках и ногах, шагнул к выходу, но остановился в дверях, обернулся. Чародуша спокойно смотрела ему вслед.
— Спасибо, — сказал он и вышел.
Стражники, завидев Марибора издалека, поспешили открыть ворота. Странно было то, что их здесь находилось больше, чем обычно.
"Видно, Заруба выставил".
Косматый муж, заросший бородой, улыбался — рад был видеть князя, да только от Марибора не укрылась тревога во взгляде.
— Кто приказал усилить стражу?
— Заруба, княже, — отозвался привратник и хотел ещё что-то добавить, но не возымел наглости.
И верно поступил, хоть что-то и знал, но лучше обо всём выспросить лично у воеводы.
Марибор свободно прошёл на площадку, где его встретили отроки, коих намедни он выбрал в детинец. Послав их к воеводам с повелением прийти терем, князь поднялся по лестнице и взошёл в пустеющую горницу. В воздухе витал запах ржавчины. Марибор оглядел стол, на котором стояла деревянная плошка с зерном для домашних духов, и уже успокоился бы, но запах, который был хорошо знаком, так и въедался. Взгляд случайно зацепился за сложенную на лавке одежду. Подойдя к ней, он подобрал кожух и расправил. Широкий в плечах, с мехом у ворота, явно мужской. Видно, здесь был кто-то, пока он пребывал у Чародуши. Марибор смял одёжу и бросил обратно. От скверных дум его отвлёк шум за дверью. Первым зашёл Стемир, взволнованный и в приподнятом духе. Впрочем, у тысяцкого имелась это черта в крови — пусть хоть гром грянет, у него найдётся повод, чтобы поёрничать.
— Вернулся! Мы уж и не чаяли тебя видеть! — раскинул он руки, словно для объятий.
Следом в дверях показался Заруба, угрюмый и хмурый.
— Рад видеть тебя, князь, в добром здравии, — прогромыхал он.
— Выкладывайте, что стряслось, а то на тебя больно смотреть, воевода, — обратился к нему Марибор. — Зачем лишних стражников на ворота поставил?
— Весть плохая.
Ступни князя будто в пол вросли, и сам он ненароком напрягся весь.
— Ну так говори.
— Отряд степняков идёт в нашу сторону, княже, — отчеканил Заруба.
Марибор сглотнул, снова страшно захотелось пить.
— Весть и впрямь неважная. Сколько же их, не выведали? Как далеко?
— А как же,— подхватил Стемир, — выведали.
— В три дня от нас пути, — перебил его Заруба. — Их четыре сотни.
— Четыре, — Марибор удивлённо приподнял брови. — Откуда?
— А кто их, бесов, знает, — отозвался воевода.
— Против стольких нам не выстоять, — пробубнил Стемир, но князь его не услышал.
Он задумчиво побарабанил по столу пальцами.
— Видимо, прознали об остроге. Иначе как можно объяснить их скопище в такой глуши, где раньше их и духу не было? — недоумевал Стемир.
— Нужно подумать, — наконец, сказал Марибор. — А те, что в дружину вступили, как они?
— Умелые воины, достойные, — отозвался Стемир. — За каждого поручиться могу.
Князь обвёл воинов взглядом.
— Дозорных ещё посылали?
— Посылали, к закату должны вернуться с доносом.
— Хорошо.
Заруба пожевал губами. Ясно, что ничего хорошего не намечается, но бывший тысяцкий терпеливо молчал, да и что тут скажешь? Угроза серьёзная, тем более, когда людей нет, воинов умелых мало, кому защищать острог?
— К вечеру сход собирайте и Гоенега зовите, — сказал, наконец, Марибор.
Заруба, хмуро проследив за князем, подобрался.
— Одолеем ли? — спросил он, въедаясь в него взглядом.
—Я хорошо их знаю. Ради наживы они тут… — сказал князь, видя напряжённое лицо воина, что продолжал буравить его стальным взором. — У меня с ним давние счёты, если помнишь. Я знаю их силы, и сдаётся мне, что они просто пускают туман в глаза.
— Я верю тебе. Сделаю всё, что скажешь, — сказал воевода и, выпуская Марибора из внимания, шагнул в сторону двери, но тот успел его задержать.
— Заруба! Спасибо.
Воин выждал, обдумывая сказанное, кивнул.
