Грудь вздымается от жуткого волнения или страха. Пока сама не могу понять. Кровь снова забурлила, раздувая вены. Побледневшие костяшки на руках, они просто одеревенели от напряжения. Не могу разжать. Все, что я могу, — пялиться в треснутое лобовое стекло моей новенькой королевишны. Кажется, переоценила себя, улетучилось чувство бесстрашия. Зря не наняла охрану.
— Разжимай тоненькие пальчики.
Отпускаю руль. Он близко. Этот голос, и знакомое дыхание осторожно обжигает. Спокойный тон вперемешку с хрипотцой осколками врезается под кожу. Влечет волной вибраций.
Избегаю встретиться с ним взглядом. Сглатываю слюну. Разжимаю пальцы. Не делая резких движений, как будто в клетке с хищником. Оттягиваю ремень безопасности вниз. Все-таки мельком бросаю на него взгляд. Обдумываю план, что буду делать. Дергаю ремень, но кнопка заела. Не вовремя. По моей руке скользит его сильная рука. И мне страшно, что теряю волю. Нутро жадно тянется к нему. Он вырывает ремень. А я хватаюсь за щеколду, открываю дверь и бегу в сторону выхода. Рывок. И я в лапах самого опасного хищника. Отрывает от земли, затаскивая в тень.
Прижимает к холодной бетонной стене.
Наконец-то смотрю в его лживые, предательские глаза. Как под гипнозом, зависаю. Умом все понимаю. А сердцем…
Сквозная, незалатанная рана в нем, просто облитая лидокаином. Снова глупит в ожидании чего-то. Как будто для него не было шести лет пыток и боль не рвалась воплем наружу. Раскаленные нервы натянуты как стальные провода. И вот-вот, еще не много — и рванет. И все слова, которые так и играли на языке, вырвутся наружу. Стойко сдерживаю уста. Не могу выплюнуть ему. Губы пересыхают. А он просто смотрит, как будто заново изучает, как тогда… Или не верит, что я жива, не добил меня до конца.
Насильно притягивает еще ближе. Сталкиваемся лбами. Закрываю глаза, вдыхая. Говорит то ли со мной, то ли с самим собой на своем. Он знает, что я понимаю, ведь учила его родной язык для него. «Шесть лет». Точечно гладит мое лицо. Сдавливает кончик подбородка, вздергивая вверх. Взгляд пылает огнем.
Большой палец ложится на мою нижнюю губу, вытирая красную помаду.
— Как у шлюхи, — не отрываясь от меня, вдавливая еще сильнее, говорит мне в губы.
Грубая ладонь скользит ниже, смыкаясь на шее до боли. Магия растворяется. И я ищу судорожно в кармане свой утренний подарок.
— Это шутка, мля, какая-то? Какого хрена ты тут делаешь? Разве не должна жарить свой зад под солнцем и кормить чаек?
— В аду стало сильно холодно без тебя. Милый! — в моих руках срабатывает металлический предмет. Щелчок. Выстрел слегка оглушает.
Вырываюсь из оков. Быстрей на выход. Подальше от него.
Ияр
Шесть лет назад
ЛЮБОВЬ — хм, какая чушь!!!
ЛЮБОВЬ — да кому она нужна?
ЛЮБОВЬ — пустое слово, шесть букв, выстроенных в ряд.
ЛЮБОВЬ — самовнушение, обычная химическая реакция.
ЛЮБОВЬ — сказка для слабаков, рабов жизни.
А я не РАБ, и слабости во мне ты не найдешь!
Я ХОЗЯИН ЖИЗНИ!
Почему-то именно в это день вспоминаются слова неизвестного автора. На обложке молодежного журнала, который мне принесли как свежую корреспонденцию на стол.
Понравилось каждое слово. Любовь, она жадная, ненасытная тварь.
«Самое важное в жизни — контроль». Это было мое кредо по жизни.
Контролировать все, везде, всегда, и даже самого себя, свои эмоции на внешний мир, которые спят во мне непробудным сном, а может, их просто нет.
И даже насмехался, отмахивался, вытирал ноги об нее, бил об пол, как баскетбольный мяч… Полный урод! Не верил, что чувство под названием любовь заглянет в мою сухую, холодную душу, посмотрит в мои амбиционные глаза, поставит на колени.
Я ошибался. Был глупцом!
Этот случилось, черт возьми! В тот летний день в аэропорту попал в плен зеленых глаз. Что уж скрывать, поплыл сразу.
Совещание полным ходом, а мне настолько похер. Улыбаюсь своим мыслям, рассматриваю фото своей невесты. Своей ммм… любимой женщины. Матери моих детей. Я не боюсь этого слова. Люблю, любимая… Настолько рад видеть ее спустя неделю разлуки, что, если встану, меня выдадут брюки. Листаю дальше. Моя жена!
«Я люблю тебя», — вот что скажу ей, когда на пальце будет красоваться обручальное кольцо. Я еще ни разу не говорил моему ангелу это. Моя смелая Акси! Странно. Я боялся этого. Все, кого я любил, предавали меня. Но это не тот случай. Тут все зависит от меня. И я клянусь, что никогда не причиню тебе боли и наши дети не почувствуют одиночества.
— Ияр Ашурович! Как вы думаете?
— А-а-а? Да… так же, как и вы… продолжайте…
Скорей бы это совещание закончилось. Мне как-то стало все равно, кто там фирмой управлять будет. Я улетаю сегодня, через пару часов, отсюда навсегда. В новую жизнь, с той, которая не предаст и будет за моей спиной, даже если я стану никем.
шесть лет назад.
На запястье тикает механизм, и это тиканье разносится по пустому кабинету. Смотрю на циферблат. Часы секундами не сократить. Ожидание так невозможно. Оно слишком трудно для меня. Ощущение, что стрелки на часах двигаются вспять или стоят на месте.
