Захлопываю дверь за ним. Прислоняюсь спиной. Что я делаю? Вру или говорю полуправду? Хватаю пачку сигарет. Хочу посидеть на балконе. Стук в дверь.
— Рома, ты что-то забыл? — открываю.
На пороге стражи порядка размахивают удостоверениями перед лицом и звенят браслетами.
— Александра Полянская?
— Я! По какому вопросу?
— Уголовный розыск, оперуполномоченный Резников Владимир Иванович. Вы задержаны по подозрению в нападении на Беньяминова Ияра Ашуровича и в подделке документов. Вы имеете право хранить молчание, все сказанное может быть использовано против вас.
— Что за бред?
— Прошу проехать с нами до выяснения обстоятельств, в противном случае нам придется применить силу.
***
Говорят, все в мире имеет свой цикл. Хорошо-плохо, холодно-жарко и так далее. А мой цикл — это плохо-дерьмово-ну полный пиздец, как сейчас.
— Я имею право на один телефонный звонок. Своему адвокату. Сволочи. — Хватаюсь за прутья решетки в камере временного пребывания, дергаю их на себя.
— Эй, ты, рыжая, не ори! Им срать на тебя. Видимо, первый раз тут. — Гогот за спиной.
— Мне нужно в туалет, — продолжаю добиваться своих прав. — За три часа вы мне не предоставили ни одного доказательства моей вины. Пустые слова! — Ударяю по решетке, аж ладонь начинает гореть.
— В туалет ей нужно. Может, еще креветки в винном соусе попросишь? Вон ведро есть. Иди, а то до утра колготки обмочишь.
Ох эти шлюхи. Да что же мне так везет на них!
— Послушайте, дамы, — оборачиваюсь к ним, — у меня, бля, сейчас настроение настолько херовое, что вам лучше помолчать.
— А грубить не надо, — встает тучная фигура с деревянной скамейки. С обесцвеченными, коротко стриженными волосами, с татуировкой на оплывшем лице. Хрустит костяшками пальцев. — Да, девочки? — интересуется у своих подружек.
— Не-е, не надо, — галдеж в ответ.
Понятно, это главная из них.
— Мы тебя приняли? Приняли! Уважать надо старших. Родители разве не научили? — развалисто подходит ко мне. — Колготки мне твои нравятся.
Черт. Снимаю их, кидаю в нее.
— На, носи на здоровье, — любезно предлагаю.
Мнет их в руках.
— И сережки ниче так.
Ну мудила ты, Ияр. Ответишь мне за это.
Снимаю их тоже.
— На! — протягиваю и их.
— А мне твой пиджак, — другая не остается в стороне. — Всегда мечтала о таком.
— Сегодня мечты сбываются. — Снимаю, кидаю ей.
— Ого-го. Спасибо! Вот это улов! Дольче, че ли? — Радостно рассматривает. — Размерчик маловат. Черт с ним. Похудею. Тема хорошая — интервальное голодание.
— Да не за что. Кстати, оригинал, — подмечаю ценность вещи.
— Хм. Видно по тебе, не простая фифа. За что загребли? На дилера не похожа и не из наших. Больше на бешеную суку. — Снова рокот смеха.
Подыгрываю им, улыбаясь во все зубы.
— Так за что?
— Да так! Небольшая случайность.
— Случайность, говоришь! Иди к нам, не стой там. До утра никого не отпустят и разбираться не будут.
— Я постою!
— Иди, говорю. А ну-ка, девоньки, двигайтесь, — подталкивает ряд, и местечко образовывается мне.
Скидываю новые тапочки. Растерли все ноги.
— А тапочки тоже оригинал?
— Можешь и их забрать.
— Спасибо, подруга.
Странным образом я успокаиваюсь от их бесконечных баек. Какие клиенты у них были. Сколько за смену получают. Неизведанный мир в мире. И практически у всех есть дети. Теперь я понимаю, что готов на все пойти ради своего ребенка. Начинаю дремать. Пока свет не становится ярче. Слышу свое имя. Моё новое общество замолкает, с интересом ищут глазами, за кем это пришли. Делаю вид, что не слышу. Подонок собственной персоной. Примчался меня спасать.
— А это чей голубчик примчался? Девочки, кто был под псевдонимом Акси на прошлой смене?
Все пожимаю плечами. Взгляды устремляются на меня.
— Эй, фифа, это к тебе, что ли? Красавчик такой.
— Не обращайте внимания. Это та случайность, о которой я вам говорила.
— Акси, поднимайся! Поехали.
— Я имею право хранить молчание. Так что ты свободен.
— Поднимайся!
Он сейчас серьезно? От невысказанного мата, адресованного этому козлу, раскалывается голова. Поднимаюсь. Босыми ногами вышагиваю к роже подлеца. И я готова сесть за убийство. Прямо здесь и сейчас.
— Ты что тут забыл? — руками хватаю прутья решетки, моя голова почти помещается между ними.
— Соскучился! Услышать голос твой захотелось, — навстречу к моему лицу.
— Да ты пьян.
— И что? Как узнал, что ты здесь… В своем любимом месте. Среди бомжей и проституток. Помнится, не впервой, — грозит мне пальцем. — Где еще я могу поговорить с тобой, не опасаясь твоих сюрпризов? Тебя же обыскали на входе?
— Услышал?
Моргает в знак согласия.
— Поехали.
Ударяю по решетке.
— А не пошел бы ты, ненужный кусок дерьма! — колочу по решетке. — Убирайся. У тебя на меня ничего! Не докажешь!
— Успокойся! — просовывает свои руки через проемы и притягивает меня к себе. Между нами железная арматура. — Я ничего не хочу доказывать. Ты уезжала из города? Просто ответь без воплей.
— Уезжала! Первым классом в ад. Где ты мне забронировал место. — Вырываюсь.
