— Если вы закончили валять дурака, — одновременно оборачиваемся к источнику звука, уже у следователя закончился запас терпения, — прошу. Присаживайтесь, Александра Полянская, я не кусаюсь. Пара вопросов, и вы свободны. Мой совет: обуйтесь, полы здесь не самые чистые. Или в камере их забрали?
— Я сама их отдала, не переживайте. Люблю заряжаться энергией от матушки-земли, — подмигиваю. Запеваю: — Мама, я танцую, под нашу босую…
— Что вы делаете, Александра? — складывает руки в замок и с интересом рассматривает, что я ему сейчас выдаю.
— Я? Лунную походку. Вам нравится Майкл Джексон?
— Нет. Я ценитель другой музыки.
Плюхаюсь на стул. Не стесняясь, беру со стола следователя стеклянный графин с водой.
— Прошу понять меня и простить. Так пить хочется.
— Конечно!
Толкает мне стакан. Но обхожусь без него. Выпивая с горла. С грохотом ставлю емкость обратно.
— Так что я должна подписать? В чем меня обвиняют?
— Пришло заявление на ваше имя, — копается в стопке бумаг, достает рукотворную писанину. Кладет ее перед лицом. Почерк не Ияра. Похож, но не его. Значит, написал не он. Какая тварь выползла и хочет укусить? Кажется, я знаю. — Вас обвиняют в том, что вы не Александра, а некая Аксинья Полякова.
— Та-а-ак…
— Но находитесь тут под другим именем. Вы замешаны в поджогах складов, находящихся в собственности холдинга….
— Та-ак! Можно еще воды? В горле так сухо, как в пустыне. Продолжайте. Я вас внимательно слушаю.
Переворачивает лист обратной стороной.
— Все сделки, совершенные вами, фальшивы.
Киваю.
— Вы стреляли в гражданина Беньяминова Ияра Ашуровича.
Глотаю содержимое во рту. Подпираю лицо своей ладонью.
— Это всё?
— Ну пока да. Что вы можете сказать по этому поводу?
— Какой ужас. Клевета! — прикладываю наигранно руку к своей груди. — Я против Ярика?
— Как ты меня назвала? — непонимающе переспрашивает слегка обалдевший «И». Отодвигает стул напротив, присаживаясь.
— Да я по-разному тебя называю. От а до я. Тебе сейчас огласить список или наедине? И девочки в камере сказали, что у тебя еще есть имя.
Товарищ следователь, это вранье! Я против такого громилы? Это полный срам. Поверьте, если бы это была я, взяла бы огнестрел.
— Так вы не отрицаете, что могли бы выстрелить?
Мотаю в разные стороны головой, отрицая, а сама говорю:
— Да.
— Простите?
— Что ты несешь, — вступает Ияр. — Так, давайте сворачивайте свой допрос и отпускайте нас. Или я мало привел аргументов?
Следователь показывает жестами, что камера отключена, но кабинет слушают.
— Я задам еще пару вопросов, — медленно моргает Ияру, чтобы тот успокоился. А Ияр тем временем сверлит меня взглядом. — Ияр Ашурович, ранее вы были знакомы с Александрой Полянской? Как вы думаете, она может быть Аксиньей Поляковой, дочерью того самого генерала Полякова? Который водил всех за нос, а сам совершал то, против чего мы боремся. А сейчас она вернулась, чтобы вам причинить вред? В прошлом, нам известно, вы состояли с ней в близких отношениях…
— Нет! И это заявление не от меня. Скорей всего, от наших конкурентов, чтобы подорвать наше сотрудничество и зародить недоверие друг к другу. С Аксиньей мы были знакомы очень близко. Она бы не пошла на такое. Сейчас, насколько я знаю, она далеко отсюда. А эта девушка — наш компаньон Полянская Александра. Она выкупила часть акций нашей фирмы. Сейчас полноправная владелица. Как и я. Меня долго не было в этом городе.
— Сравнительно сколько?
— Довольно долго, — кидает на меня взгляд. — Я уезжал. Оставив дела в руках других учредителей. Не участвовал в жизни бизнеса.
Что ты хочешь мне сказать? Вызвать у меня заинтересованность, где же ты был? Да плевать.
— Причина моего возвращения — внезапная болезнь моего отца. Я вернулся. Так я познакомился с Алекс. И благодаря нашему сотрудничеству дела идут в гору. А на видео тогда спутал ее с другим человеком. Просто самооборона от такой хрупкой девушки… И… следователь, я забираю свое заявление. Не знаю, как оно сюда попало.
Следователь осматривает меня.
Бедненький, папа у него заболел, сейчас слезу пущу. Дополни историю, что моего отца ты убил преднамеренно, и еще пара жизней на твоем счету.
— Какое совпадение. Я тоже приехала, а скорее, вышла из очень загадочного места. Но это к заявлению никак не относится. Я подтверждаю слова Ияра, именно так и было. Вообще пипец страшно было. Думала, что за псих.
— Раз претензий друг к другу нет, тогда мне нужно пальчики ваши, Александра, приложить к делу.
— Да не вопрос, следак, — закидываю ногу на стол. Выбирай любой. Какой больше нравится.
— С руки, а не с ноги.
— А-а-а, пожалуйста. — Катает валиком по руке. — Шэкотна.
— Тут и тут поставьте отпечатки и свободны.
***
Вдыхаю полной грудью. Раскидываю руки в стороны, кружусь вокруг себя.
— Какой свежий воздух. И ночь великолепна. Эй, сколько времени?
— Обалденная! Садись, я тебя отвезу. По тебе дома уже горшок свистит. Я думал, что твоя худосочная задница не может находить приключений, но я ошибался. Все такая же. Не сидится на месте ровно.
Закуривает сигарету. Выпуская дым через нос. Складывает руки на груди. Мне страшно хочется затянуться из его рук.
