«Ну да ладно! Тебе плевать на него. А теперь серьёзно. Тебе снился кошмар? Ты кричала. Не поделишься? На твоем столике сильнодействующее лекарство рядом с виски. Может, порядок наведешь?»
«А может, ты на хер пойдешь?»
Показываю телефон и отключаю его.
Встаю. Поправляю юбку. Дослушиваю отчет первого участника нашего совещания.
— Итак, — беру лазерную указку и вывожу на белое полотно презентацию, — к чему мы должны прийти.
— Извините, можно нам войти? — голос Мараны за спиной.
Нам? Рядом с ним стоит девушка. Примерно моего роста, в чёрном брючном костюме. Её волосы перекинуты на одно плечо, оголяя кусок шеи. Огромная серёжка свисает до плеча, а на правой руке красуется обручальное кольцо. Красивая, элегантная, роскошная — тут уж ничего не скажешь. Не произнеся ни слова, осматривает меня с ног до головы, как будто оценивает. Чуть наклоняет голову набок. Пальцем играет с цепочкой на своей шее. Знаю, кто она. Это супруга Ияра. Этот взгляд соперничества во мне сейчас сделает дырку. Хочет меня запугать или что-то сказать? Выдерживаю его.
— Прошу, господа! — с ядовитой улыбкой провожаю их.
Проделывает путь от двери до Ияра, не сводя глаз с меня, усаживается рядом с ним, целуя его в щёку, но поцелуй получается смазанный, потому что Ияр отворачивается. А я, наблюдая за этим, сжимаю до скрипа указку. Голос Мараны вырывает меня из этого семейного спектакля:
— Александра, а куда делась моя супернезаменимая помощница Снежана? Она мне так необходима. Бракоразводный процесс так удручает. Оставляет пустоту в душе и в кошельке.
— Я уволила их все на хер. Теперь у тебя будет работать специалист Екатерина. В разводе, трое детей, и ей пятьдесят пять.
— Оу, жестокая вы, Александра, — усаживается за стол. — Мы много пропустили?
— Нет, милый друг. Всё только начинается.
***
Ияр
Вот же сучка. Своим поведением меня больше заводит. Оставив ей билеты, я решил, что так будет лучше. И всё это время не мог уснуть. Ждал ответа от нее и, когда она мне написала, чтоб я подтерся ими, я не лгу, был рад. А сейчас она играет в бизнес-леди, и это ещё больше веселит. Пусть еще поиграет, а потом девочкам тут не место.
Появление Милены, конечно, сбивает с толку. И что это за выходки с поцелуями?
— Так вот где ты был и с кем два дня? И как? Она простила тебя? — шепчет мне в ухо. — Не пытай иллюзий, Ияр.
Снова запах перегара.
Не обращаю внимания на бред со стороны Милены. Выхожу из зала. Несколько пропущенных звонков от Мурата. Перенабираю.
— Ияр, я в кабинете, надо поговорить. У нас проблемы.
— Какие?
— Я не знаю, каким образом, но меня кто-то сильно подставил. Акси требует, чтоб я отписал на нее свою долю, либо мне светит тюрьма, а ещё хуже — она доложит, сам знаешь кому.
— С хера ли?
— У нее есть против меня всё, чтоб упрятать меня лет на десять в тюрьму. И не только меня. Или сдохнуть.
— Что за чушь ты несёшь?
— Все сделки и программы — липа. Но я, брат, клянусь, я этого не делал. Мне кажется, кто-то ей хорошо мозги вправил. И управляет ею.
— Мурат, хочу тебе сказать, ты, блять, должен был наблюдать за её жизнью. Ты сраный идиот. Я не мог, за мной следили постоянно. Ты знал это и подвел меня. Я доверил тебе и проверенным людям, с твоих слов, жизнь моей любимой. Твоя задача была оберегать её. А теперь ты мне заявляешь, что что-то не так с ней? Да я и без тебя это вижу, ёбаный урод. Я её сломал. А может, это ты что-то сделал ей со своими ребятами?
— Да ты что! Нет, брат.
— Хочу разобраться, но все без толку. И рядом с ней урод, у которого нет ни прошлого, ни настоящего. Призрак, мать его.
— Ты сам посуди! Откуда у нее столько денег и власти?
— Что вы там учудили, когда меня не было?
— Да ничего такого! Это подстава.
— Сейчас узнаю, что она хочет.
Скидываю. Иду назад.
Раз все расходятся, собрание закончилось. Акси выходит последней. Я кричу ей:
— А ну-ка, стой!
Не обращая внимания, двигается в кабинет.
— Стой, я тебе сказал.
Говорит своей помощнице, чтоб к ней никого не пускали. Забегает, испугавшись, в мой кабинет.
Ударяю кулаком по двери — закрылась.
— Открой двери.
— Я занята!
— Открывай, ты в моем кабинете, или я разнесу эту дверь в щепки, если не выйдешь. Считаю до пяти.
Гордо выходит, как ни в чем не бывало. Подхватываю ее, заношу назад. Придавливаю к стене.
— В чём дело? Отпусти.
— Ты еще спрашиваешь?
Ладонью сжимаю ее подбородок. Дурею от такой близости. Она, запыхавшись, дышит, но в моей голове это дыхание ассоциируется с другим.
— Это правда, что Мурат сказал?
— Да! А что тебя так удивляет?
— Акси, ты играешь в опасную игру. Детка! Ты для этого приехала, сдохнуть? Он не будет подписывать.
— Значит, у него будет много времени пересмотреть свою жизнь за решёткой, конечно, если ему ее оставят. Ияр, я занимаюсь делами. Понимаю, тяжело поверить, что твой брат предатель, но бизнес есть бизнес. Я не собираюсь его здесь приветствовать. И любого.
— Бросай это дело и вали на хер отсюда. Если прознают, что ты здесь, жива, тебя убьют, ты понимаешь это? — ору на нее.
Трясу. Гнев клокочет в груди. Задираю ее подбородок, сжимаю волосы в кулаке и говорю в губы:
