* Целибат - это добровольный отказ от вступления в брак. К нему не принуждают, его принимают по собственной воле. Но целибат - обязательное условие для того, чтобы стать католическим священником. Суть в том, что Католическая церковь рукополагает во священники мужчин, избравших жизнь в безбрачии и обязующихся никогда не жениться уже после принятия священного сана. До принятия сана, в том числе во время учёбы в семинарии, будущие пасторы от обета свободны. Нарушение обета сурово карается: при попытке заключения брака на действующего священника налагается “суспенсия” - запрет дальнейшего служения. Мужчина может сам выйти из сана, но если потом он захочет обвенчаться со своей супругой в Католической церкви, то для этого нужно освобождение (диспенсация) от целибата, предоставление которой остается исключительной прерогативой папы Римского (почти дохлый номер). Bыход из сана не означает автоматического прекращения действия обета. Во всех догмах, касающихся обета безбрачия, фигурирует термин “брак” как состояние, противоположное целибату, так как любые отношения вне брака неприемлемы по умолчанию.
****** На главу было запланировано куда больше событий, и данный объём едва ли вместил в себя половину, так что “Буря” растягивается…
*** !!! ШНАЯ С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ !!! ***
========== 14. Буря в разгаре ==========
Перспектива дальнего путешествия за рулём, несмотря на непогоду, сестру Катарину не пугает.
Она уже успела днём ранее съездить в Мюнхен, и на этот раз даже не на кафедру, а прямо к профессору домой! Передвигающийся с опорой на старинную трость седовласый старец не решился покидать своего жилища в разгар бури и был так любезен, что пригласил приглянувшуюся ему шуструю и любознательную монахиню к себе. Сестра ехала по записанному адресу не без постыдных щекотливых опасений — в последнее время дома уважаемых людей встречают её не очень ласково. Она зря боялась: профессор живёт не один, а в окружении огромного семейства. По пути в рабочий кабинет герра Гессле ей встретились люди всех возрастов, от старушки — ровесницы профессора, до молоденькой женщины с младенцем на руках — наверняка, дочери, невестки или даже внучки, недавно ставшей матерью. Сестра уже и забыла, что такое бывает. Что бывают семьи, несколько поколений которых объединяет общая крыша огромного хлебосольного дома, где никогда не бывает тихо — ворчание стариков и детский смех ни на минуту не позволяют дому молчать. Дом говорит со своими обитателями, говорил он и с гостьей, сперва обласкивая забытой, а может и неизвестной атмосферой преемственности и уюта, а после тыча в лицо ею же: мол вот, смотри, монахиня, у тебя никогда такого не будет. Не будет ни мужа, ни детей, не будет способных поддержать в трудную минуту родителей, как и не было никогда, даже дома не будет. Твой удел — казённые стены и сёстры по несчастью. Невесты Христовы, давшие обет верности лишь Господу своему, и потому недоумевающие, почему Господь в награду за верность хотя бы чудом своим не лишит их ежемесячного проклятья?
