Впрочем... Власов вспомнил о своём отце. Да, он-то вошёл в учебники истории по праву. Но в России его многие считали предателем и «немецким прихвостнем», а в Германии — никогда не доверяли по-настоящему и при первой же возможности лишили заслуженной власти. Хотя он всё делал правильно. Чёрт побери, он умудрился пройти буквально по лезвию бритвы, не задев реальные интересы сторон и даже не поранив национальное достоинство русских — так, несколько лёгких царапин там, где могла бы быть гноящаяся рана… И какую награду он получил от благодарных потомков? Власовский проспект в Москве?
Фридрих потёр виски. Нет, ни до чего хорошего он так не додумается. Надо чем-нибудь себя занять. Может быть, послушать радио?
Рука потянулась к панели. В этот момент сзади раздался длинный гудок — у кого-то лопнуло терпение. Другой подхватил, и загудели все.
Тут Власов вспомнил про запись статьи, которую ему всучил рыжий Михаил. Фридрих всё равно обещал её послушать. Конечно, обещание было дано из вежливости, но почему бы его и не выполнить? Это можно сделать, даже если дат заражён. Фридрих решил, что ему лично это ничем особенным не грозит: даже если рехнер «Запорожца» выйдет из строя, машину можно будет вести и без услуг электроники, а потом он позвонит прокатчикам, и они как-нибудь да выкрутятся — это страховой случай, а попадать на страховку им совершенно ни к чему. Зато он будет уверен, что вирус есть. Интересно, можно ли подключить телефон к колонкам магнитолы?
Выяснилось, что подключиться можно: в бардачке обнаружились шнуры-переходники с пятью наиболее популярными разъёмами. Там же обнаружилась книжечка в яркой обложке: «Kosak Novum: краткое руководство по эксплуатации».
Пока платтендат скачивался, Власов, включив свет в салоне, изучал «Руководство». Оно было написано довольно толково, хотя и сильно смахивало по стилю на скунсовский рекламный буклет. Начиная с первой страницы, украшенной надписью «Запорожец» спускается с небес» и соответствующим рисунком — и кончая навязчивой фразой «вы этого достойны» в каждом разделе. Тем не менее, все необходимые технические данные были приведены. Из них следовало, что машина — это, в общем-то, тот же самый Kosak, с классическим МиГовским движком, разве что без роскошной отделки и корпусом попроще. Цена не была указана, зато в конце находились адреса райнплацев, посвящённых новой модели — и трогательная приписка, разрешающая брать буклет с собой и свободно распространять сведения, в нём содержащиеся.
Дат, наконец, скачался. Рехнер немного подумал, опознал звуковой файл и запустил воспроизведение.
Власов выкрутил ручку и услышал запинающийся голос Михаила:
— Отполировать и переписать для сборника. Название: о возможных причинах распада Райхсраума. Так вот... Как известно, обыватели боятся перемен и верят в стабильность существующего порядка...
Фридрих прикинул, сколько времени заняла его беседа с молодым человеком, и мотанул запись вперед, желая пропустить то, что уже слышал.
— ...лизма, а с его достоинствами, — донеслось из колонок. Власов слегка кивнул, довольный точным попаданием.
— Казалось бы, преимущества национал-социализма очевидны, — продолжал Михаил. — В пятидесятые годы руководители Райха рассчитывали на постепенное распространение национал-социалистической системы мирным путём. Когда же выяснилось, что ни одна новая страна не хочет копировать существующую в Райхсрауме систему, были пущены в ход утверждения о неспособности низших рас к высшим формам общественной жизни...
Власов усмехнулся — юноша всё-таки плохо знал историю и совсем не подозревал о некоторых деликатных моментах. Например, о том, сколько позаимствовал из национал-социалистической практики тот же Израиль, который специалисты называли «национал-социалистическим государством с юдской спецификой». Или о том, как на самом деле функционирует политическая система латиноамериканских стран.
— Это не исключает отдельных заимствований, — добавил Михаил, как будто услышав мысли Фридриха. — Например, тот же Израиль практикует нечто вроде национал-социализма с юдской спецификой. И тем не менее — национал-социализм как целостное явление по-прежнему ограничен рамками Райхсраума. Есть все основания полагать, что и в этих рамках ему станет слишком просторно...
Власов усмехнулся.
— Для того, чтобы понять суть наших рассуждений, — продолжал Михаил, — попробуем описать картину мира, имеющуюся в голове среднего жителя любой национал-социалистической страны, входящей в Райхсраум.
Экранчик рехнера мигнул красным: пришло полицейское сообщение. Власов с удовлетворением узнал, что через минуту движение возобновится. Прикинув масштабы пробки, Фридрих решил, что минуты через три передние машины двинутся.
