— Ну что ж, — она достала из шкатулки на каминной полке визитку (строгие черные буквы на безупречно-белом фоне), написала на обратной стороне несколько цифр и протянула ему карточку. — Вот его телефон. Ну что ж, было не так уж неприятно познакомиться, Власов, как я опасалась...
Фридрих понял, что его выпроваживают, и решительно перебил: — Подождите. Этот Порциг сам мне все расскажет? Или я должен спросить его о чем-то конкретном?
— Я уже сообщила вам достаточно, — отрезала старуха. — А знаете что? — она озабоченно почесала нос. — Если вы справитесь, я вам обещаю петербургское гражданство. Вам оно понадобится... Но я вижу, вы окончательно запутались. Но теперь идите. Мне нужно заняться своими делами.
— Всего доброго, — только и нашёлся сказать Фридрих, вставая.
— Всего наилучшего, — кивнула старуха. — Надеюсь, я не ошиблась.
Фридрих уже который раз посмотрел на часы. Светящиеся стрелки сходились узким клином: без десяти час. Суровая хозяйка пансиона настоятельно просила не задерживаться после двух. Власова не волновал возможный штраф, но обижать хозяйку без повода не хотелось. Если бы не проклятая пробка...
А начиналось всё в высшей степени удачно.
Сначала Власов собирался взять такси, но в последний момент от этой идеи отказался: ему хорошо думалось за рулём, а подумать было о чём. Времени, по его расчётам, хватало, чтобы проехать без спешки по историческому центру города, а может быть, и увидеть новый деловой квартал, о котором он читал даже в берлинских газетах — ему прочили славу Тверской.
Поэтому он прямо из здания Фонда позвонил в местную прокатную службу и заказал машину. Со служебной машиной в день его прибытия в Петербург вышла накладка — ни одной свободной не оказалось; наутро обещали подогнать «фольксваген» («у него форсированный движок и вся начинка, как положено», почти извиняющимся тоном произнес по телефону местный представитель Управления, словно чувствуя через трубку неудовольствие Власова), а пока что приходилось довольствоваться услугами проката. По привычке Власов потребовал BMW с навигатором. Через три минуты ему перезвонили с извинениями: все BMW оказались в разъезде. «Вы можете взять за ту же цену машину более высокого класса», — добавила девушка. Власов не стал спорить и согласился на любой автомобиль классом выше. Но всё-таки удивился, когда к поребрику подкатил тёмно-серый «Запорожец».
— Это Novum, новая модель, — похвастался водитель, выбираясь из-за руля. — Облегчённая, но не хуже старых, уж поверьте. И совсем недорогая, кстати. Если сообщите о впечатлениях и заполните небольшую анкету — вам полагается поощрительный приз на память о поездке.
Власов усмехнулся. Скорее всего, компании надоело жаться в престижном, но малоприбыльном классе люкс, и они решили атаковать самый аппетитный кусок рынка — кошельки состоятельных людей, не могущих себе позволить настоящей роскоши, но чувствительных к престижу. Конечно, широкой рекламы они себе позволить не могут — это потеря лица, да и толку не будет: люди, способные купить «Запорожец», к рекламным роликам и объявлениям относятся скептически, особенно в России. Но можно действовать и тоньше, ориентируясь именно на потенциальных покупателей. Например, человек, берущий напрокат BMW, хотя в прокате есть автомобили подешевле и не сильно хуже — скорее всего, любитель хороших машин, привык к комфорту, а значит, потенциальный клиент. Лучшая же реклама — близкое знакомство с товаром...
Что ж, подумал Фридрих, почему бы и нет. Покатаемся.
Вежливо, но твёрдо отказавшись от анкеты, поговорив с водителем и выяснив у него кое-какие мелкие технические детали — Власов любил знать подробности о технике, которой собирался пользоваться, — он занял водительское место. Спиной он ощущал пристальный взгляд Калиновского: тот зачем-то вышел его провожать. Фридрих опасался ещё одного непростого разговорчика — но старик оказался неожиданно деликатен и, вопреки обыкновению, молчал.
Внутри пришлось пристраиваться: коробка «Запорожца» была автоматической, вместо педали газа из пола торчала какая-то пимпа, рычаг — непривычной формы, руль — маленький и с какими-то выступами. Зато приборная панель оказалась выше всяких похвал: по сути, рехнер, обрабатывающий все данные о машине и дороге в реальном времени и показывающий их на нескольких экранах в удобном виде.
— Надеюсь, — уточнил Власов на всякий случай у водителя, — тут установлены не «Ди Фенстер»?
Тот махнул рукой: дескать, кто же будет ставить такую дрянь.
Вполне удовлетворённый, Власов подписал квитанцию и получил ключи. Впереди ждала неспешная езда по одному из самых красивых российских городов — и время подумать.
Кто же знал, что он застрянет на Брусиловском проспекте?
