– Поглавник, у вас не было выбора. Когда везде стоят итальянские войска, когда все порты в Далмации заполнены их техникой, когда они лишили нас собственного флота… – Седовласый Славко Кватерник пожал широкими плечами. – Я говорил об этом с немецким послом Каше. Он отнесся к моим словам сочувственно, но сказал, что изменить ничего нельзя – в преддверии войны с СССР фюрер превыше всего дорожит отношениями с Муссолини, и ни при каких обстоятельствах не подставит их под удар. Иными словами, итальянские дивизии на востоке и бесперебойная работа итальянских военных заводов на благо Германии для него важнее полоски земли вдоль Адриатики.
– Которую мы все равно скоро себе вернем, – хмыкнул его сын Евген Кватерник. – Когда я рассматривал ваше фото рядом с Муссолини, поглавник, то думал: «Боже, что же за напыщенный, ничтожный индюк вышагивает рядом с нашим лидером?» Вы считаете, что итальянские ничтожества сумеют сохранить в своих руках Далмацию? Да они даже Абиссинию не удержали! Знаете, чем закончилось великое итальянское покорение Абиссинии? Тем, что туда вернулся император Хайле Селассие и вновь занял свой дворец в Аддис-Абебе. А итальянцев и след простыл. То же самое будет и с Далмацией. – Он подался вперед, глаза его сверкали от волнения. – Когда-то наши предки вырвали Далмацию из рук самого Рима! С тех пор она остается хорватской. И будет ею всегда.
23 июня 1941 года выдался в Загребе необычайно жарким – в высоком знойном небе не было ни облачка, яркое солнце еще до полудня раскалило мостовые, заставляя прохожих искать убежища в густой тени деревьев или под холщовыми балдахинами уличных кафе.
– Пациентов сегодня не предвидится, весь город, видимо, погрузился в летнюю спячку из-за жары, – недовольно протянул Благоевич. – Нет смысла торчать на работе… давай закончим пораньше и пообедаем где-нибудь в Горньем Граде. Или вблизи парка Рибняк – там множество прекрасных ресторанов.
Они вышли из клиники и направились в центр города. Исполинские башни старинного собора возвышались, словно двое каменных стражей, отбрасывая длинные черные тени. Над ними кружились серебристые соколы.
– Вчера Германия начала войну против СССР, – негромко произнес Благоевич.
– Я знаю. Прочитала в утренней газете, которую оставил наш второй пациент.
– А Италия присоединилась к Германии с момента вступления немецких войск на советскую территорию. Об этом объявил Чиано.
– Бедная Италия! Ты же понимаешь, что ее ждет…
– А что ее ждет? – пожал плечами Благоевич. – Итальянцы будут просто идти за немцами, дожидаясь, пока те сделают основную работу. Гитлер сказал, что решил вложить судьбу и будущее рейха в руки своих солдат и что нет такой силы, которая смогла бы сдержать движение немецкой армии. Мы только что сами в этом убедились – Югославия, крупнейшее государство Балкан, рассыпалось при первом же несильном ударе. А Греция капитулировала за пару недель – при том, что ее защищали англичане. Крит немцы вообще захватили силами одних парашютистов.
– А в СССР немцы найдут свою погибель.
– Ты думаешь? – Томислав Благоевич скептически посмотрел на жену. – Но у немцев такое превосходство в технике… в танках, в самолетах, в артиллерии, во всем…
– Над кем? – усмехнулась Диана. – Над греками, часть которых была вооружена французскими винтовками XIX века системы Гра? В свою очередь, переделанными из еще более древних винтовок времен франко-прусской войны? Об этом тоже подробно писали газеты… Как и о том, что после безумных потерь парашютистов на Крите Гитлер вообще запретил использовать десантников в войне и отказался от захвата Мальты. Английская Мальта никуда не делась, по-прежнему находится в ста километрах от Италии – только вот ни Гитлер, ни Муссолини так и не решились ее покорить. Но что такое Мальта по сравнению с СССР? – Диана покачала головой. – Честно говоря, мне даже немного жалко немцев, которые не поняли, во что ввязались. А обратный отсчет времени уже пошел, и исправить уже ничего нельзя… Через год, через два, максимум через три от Германии ничего не останется. А те немцы, что поехали в СССР воевать, вряд ли вернутся домой.
– Пока что немцам всегда удавалось возвращаться, причем с очень хорошими сувенирами, – возразил Томислав. – Вот почему население Германии в принципе поддерживает войны. Мой старый школьный друг писал, что из Франции привезли столько вина, сыров, окороков, мебели и велосипедов, что на несколько лет хватит.
– Не спорю – так было. И это, наверное, вскружило голову Гитлеру. Но с нападением на СССР сказка закончилась…
– Но почему? – снова не понял Томислав. – Немцы воевали везде, от Лапландии до Африки, и везде – успешно. Чем СССР, собственно, отличается от всех стран, которые они уже победили и покорили?
