Они поднялись на четвертый этаж. На лестничной клетке располагались четыре квартиры, и Ковалев осторожно постучал в дверь одной из них. Через некоторое время дверь распахнулась, и они вошли в прихожую. В ней стоял мужчина в усташской форме, и на его фуражке красовалась точно такая же буква «U», внутри которой находилась бомба с зажженным фитилем, как и на кокарде усташского офицера, который спас Благоевичей от ареста в поезде.
Ковалев приложил палец к губам и проскользнул в гостиную. Ее окна были наглухо занавешены плотными шторами, что делало ее похожей на помещение внутри какого-то бункера. Разведчик зажег тускловатую настольную лампу и склонился над бумагами, которые Диана с риском для своей жизни привезла из Вены.
– Это действительно бесценно. – Ковалев поднял глаза на Диану. – Немцы приступили к строительству подземного завода рядом с концлагерем «Дора», на котором заключенные будут производить ракеты, способные долететь до Англии и обрушить на нее одну тонну взрывчатки. Полет ракеты можно корректировать по радио и направлять в нужное место. И у них не будет никакой проблемы с заправкой этой ракеты топливом – она летает на обычном спирте, который получают в том числе из пшеницы и картошки. Это самое настоящее «чудо-оружие», которое в самом деле может изменить ход всей войны. Или повлиять на него самым решительным образом. Как здорово, что мы узнали об этом!
– Если вы хотите послать меня с этими бумагами в Москву, то я туда уже не доеду, – слабым голосом произнесла Диана.
– Не волнуйся, в Москву это будет доставлено другим способом. – Ковалев встал из-за стола, порывисто шагнул к Диане и обнял ее. – Ты заслужила самой высокой награды. Ты даже не представляешь, какое громадное дело ты сделала! – Он посмотрел ей в глаза. – Сейчас мой помощник незаметно выведет тебя на улицу. Сразу иди домой и приходи в себя. Никаких заданий в ближайшее время. Ты сделала то, что многие и за весь срок своей службы не сделают…
Последний пациент, худой и немного нервный сотрудник Главного вокзала, который появился по рекомендации Горана Гундулича, расплатился и ушел, едва не позабыв при этом свою фетровую шляпу. Диана и Томислав остались наконец одни.
– Новая бормашина экономит и время, и силы. Я почти не устаю, когда работаю на ней. Вот что значит новая техника. Небо и земля по сравнению со старой, – улыбнулся Томислав.
– Но только досталась нам она ужасно дорогой ценой. Я до сих пор не могу прийти в себя после поездки в Австрию.
– После вчерашней ночной прогулки ты тоже вернулась вся взбудораженная, – заметил Томислав.
– Но зато с ощущением того, что вся эта история наконец благополучно закончилась.
Благоевич отвернулся к окну.
– Почему ты решился помочь мне, Томислав? Ты ведь не знал, ради чего мы едем в Вену…
– Не знал, но кое-какие догадки имел. А когда увидел этих трех девушек, то мне все стало ясно. – Он вздохнул. – Диана, когда я только начал свою карьеру стоматолога, то работал в кабинете, располагавшемся неподалеку от Ткалчичевой улицы. Тогда там каждый второй дом был борделем. Самыми знаменитыми были «Под зеленой лампой» и «Белая ладья». Многие девушки из тамошних заведений приходили ко мне на прием. Поэтому, когда я увидел тех трех девиц, выдававших себя за проституток, я не сразу, но понял, кто они на самом деле.
Диана подошла к мужу.
– Я не должна была брать эти бумаги – я сказала, что это слишком опасно, и отказалась. Но мне приказали все равно ехать, чтобы просто забрать заказанные бормашины, ведь отказ от поездки навлек бы еще большие подозрения. Ты же видел, что я согласилась только под дулом пистолета.
– Я это понял. Так же, как я понял, что она не колеблясь пристрелит тебя, если ты не согласишься. Если бы она убила тебя, то она убила бы и частичку меня. Поэтому я и решил помочь тебе.
Диана заглянула мужу в глаза:
– И не жалеешь об этом?
– Может быть, когда-нибудь и пожалею, но не сейчас. – Он обнял Диану и нежно поцеловал.
Минуту спустя он удивленно спросил:
– Почему ты улыбаешься?
– Потому что только сейчас поняла, что люблю тебя, – и Диана так же очень нежно поцеловала мужа.
Они долго стояли, не разжимая крепких обьятий. Диана и Томислав обожали своего маленького сына. Но между супругами не было любви, поначалу их брак нельзя было назвать счастливым. Но вот спустя столько лет к ним пришла любовь, пришла вопреки всему – войне, разрухе, лишениям, человеческим горестям и страданиям. И это было чудом!
Посетитель, который первым заявился в клинику на следующее утро, и выглядел, и вел себя странно. Не говоря ни слова, он сразу подошел к стоматологическому креслу и плюхнулся в него, а когда Томислав начал осматривать его, принялся вертеть головой, высматривая что-то в кабинете.
– Кто здесь Д-Диана? – заикаясь, спросил наконец он.
Диана покосилась на него. Этот человек не был ей знаком. Она определенно никогда с ним не встречалась.
– Это я, – сказала она наконец.
Странный пациент замолк. Но когда Благоевич принялся сверлить его зуб, он вдруг резко повернул голову к женщине:
– Вам привет…
