Воздух снаружи был тяжелый от влаги и запахов чужеродной растительности. Нас окружали холмы, заросшие темно-фиолетовыми ветвями, и всего в нескольких милях от нас в небо вздымались каменные утесы.
Еще несколько секунд полета, и мы разбились бы о них вдребезги.
По настоянию командира мы впятером обошли корпус корабля.
– Надо понять, насколько велик ущерб, – сказал он.
Мне хотелось всего лишь постоять снаружи. Целый месяц мы были заперты в металлической трубе, принимая таблетки и питаясь пастой из тюбиков. Мне нужно было только постоять на полянке, образованной нашим рухнувшим сквозь пальмовые листья кораблем.
Но мы отправились выполнять приказ.
– Насколько все плохо, Шеп? – спросил Хестон, когда мы обошли вокруг серебристого бока ракеты, задержавшись только возле водяных баков, спасших наши жизни. Если бы поражающие элементы попали куда-то еще, мы все уже давно были бы мертвы.
– Мы не просто потеряли воду, – сказал Шепард. – Без охлаждения топлива и корпуса мы не сможем подняться обратно на орбиту. Раскаленный двигатель может вызвать дополнительные деформации.
Хестон задумался, перебирая возможные варианты действий. Он посмотрел на буйную растительность вокруг нас и поморщился.
– Итак, мы тут не только для того, чтобы исследовать планету и вернуться. Мы должны выжить до тех пор, пока нас не спасет следующая экспедиция. Стюарт, что со связью?
Я оторвал взгляд от массивных желто-лиловых лопухов, растущих поблизости.
– Я отправлял сигналы бедствия с того момента, как мы обнаружили атакующую ракету, сэр. И все время, пока мы падали. Но оборудование вышло из строя. Я могу найти запасные части, посмотрю, что можно починить. Но я ничего не могу сделать, пока Шеппард не подключит питание.
Хестон повернулся к Шеппарду.
– Шеп?
– Я готов над ним поработать. Это займет пару часов. – Шеп вытер ладони, затем подпрыгнул и втянул себя в люк.
– А пока, – произнес Хестон, – я хочу, чтобы ты и Эрик взяли несколько бутылок и нашли источник чистой воды. Эрик, воду необходимо проверить, убедись, что она безопасна.
– Да, сэр! – Я помог Эрику достать с корабля пару мачете и несколько больших канистр.
Мы приземлились в предгорьях возле естественного плато. Под ногами лежала грязь, и мы сразу же обнаружили болотце. Эрик, без сомнения, находился под действием шока и оттого молчал. Я был другого сорта, но все равно радовался, что отправился с ним. Эрик хоть и буквоед, но из всего экипажа он нравился мне больше других. Из всего экипажа только он не позволял себе язвительных комментариев об итальянцах, евреях, поляках, неграх и латиноамериканцах. Подобные высказывания злили меня, но внешне я не подавал виду. С ним же я мог расслабиться, не ожидая словесных выпадов, которые могли бы меня задеть.
Жара и влажность чувствовались все сильнее. Я взмок, пока мы продирались вперед, и снял рубашку, чтобы завязать на талии.
– Я бы не снимал ее на твоем месте, – сказал он.
– Почему это?
Эрик указал мачете на черные тени размером с кулак на широких листьях поблизости.
– Это не совсем комары, но какие-то гигантские жуки. Они крупнее, потому что тут плотная атмосфера.
Я снова надел рубашку.
– Думаешь, меня рубашка защитит от этих супермоскитов?
Он пожал плечами.
– Не знаю, но может помочь.
Нам попадались крупные москиты, тучами срывавшиеся с земли, как темные грозовые тучи, когда мы беспокоили их. Через некоторое время Эрик оживился и начал внимательно рассматривать растения, пытаясь представить аналогичный период их существования на Земле.
– Похоже на мезозой, – сообщил он.
Я припомнил, что в те времена вроде бы водились динозавры.
Мы остановились на краю двух зловонных луж, и Эрик взял образцы.
– Болото, – произнес он, и мы продолжили поиски.
Почва становилась топкой, но Эрик нашел гребень скалы, и мы вскарабкались на него, чтобы не наткнуться на что-нибудь неприятное, и стали подниматься над джунглями. Иногда он останавливался, чтобы нанести координаты на листок бумаги.
– Здесь не видно Солнца или звезд, компас бесполезен, – пояснил он, – нам надо быть внимательными, чтобы не заблудиться.
Еще дважды он останавливался, чтобы зарисовать яркое длиннохвостое существо, похожее на птицу, которое сорвалось с верхушки дерева и планировало в воздухе.
В конце концов мы сделали привал на плоской площадке возле болота. Эрик улыбался, наслаждаясь удовлетворением своего научного любопытства, полностью погрузившись в изучение флоры и фауны чужой планеты.
– Тут встречаются тропы, значит, есть крупные животные. Надо выяснить, где у них водопой, – сказал он.
Я сидел спиной к нему, поглядывая на скалы, возле которых мы приземлились, и потягивал воду из фляжки.
И тут я почувствовал, что спина Эрика распрямилась.
– Чарльз, – прошептал он.
– Да.
– Не двигайся.
Земля дрогнула. Потом еще раз. Я медленно поворачивал голову. Шестиногий зеленый пятнистый зверь высотой десять футов с яростным змеиным шипением повернулся к нам.
