Без лишних слов он заставляет меня упереться спиной в стену. Одной рукой забирается под мою кофту, другой прижимает меня к себе за талию. Выворачиваю голову, смотрю в сторону. О, как чудесно, сколько здесь различных средств. Не просто одно мыло, как в эконом-классе, а целый выбор разных флакончиков. От мыслей отвлекают скользящие по шее губы, непривычно нежные, дарящие ряд чувственных ощущений. Рука под кофтой поглаживает спину, словно успокаивая, но в то же время, даря россыпь мурашек, которые в свою очередь, разгоняют кровь. Тело напрягается. Вздрагивает от каждого прикосновения. Словно он дразнит обнаженные нервы. Дыхание сбивается. Я то забываю дышать, то судорожно вбираю в себя воздух. Когда он уверенно берет мое лицо в свои руки с твердым намерением поцеловать, я не сопротивляюсь. Пропускаю его язык, позволяю все. Он поглаживает мой член сквозь джинсы, которые стали такими тесными. Эта смелая ласка выбивает последние остатки мозгов. Разум, кричавший, что же ты делаешь, замолкает, сметаемый удовольствием. Я всхлипываю. Хаким в ответ прикусывает мою нижнюю губу. Ощутимо так. Не прекращая поглаживать. Черт возьми… Я кончу. Это ужасно. Словно вспышка. Хаким делает со мной что хочет. Играет. Издевается. Я снова вещь, которую можно потискать в туалете самолета. Резко выворачиваюсь, оказываюсь к нему спиной. Прерывисто шепчу:
— Перестань…
Нарушил свой обет молчания. Но Хаким это никак не комментирует. Мое «перестань» повисает между нами. Сам понимаю, что его уже не остановишь. Блеск в его карих глазах еще более пугающий, чем когда он меня избивал. Он легко удерживает оба мои запястья одной рукой, а другой проскальзывает в узкие джинсы. Когда он находит мой член, я задыхаюсь. Сам кусаю свою губу, откидываю ему на грудь голову. Бесконечно хорошо, ярко, невероятно. Он целует меня, так по-собственнически, что я теряюсь, забываю о сопротивлении, отдаюсь.
Все кончается внезапно. Упираюсь о стенку лбом, чтобы не упасть, полностью без сил. Он отпускает мои запястья, тянется за салфеткой, вытирает свою руку, потом просовывает салфетку в мои джинсы. Рыдания душат меня, сотрясают мои плечи. Хаким удивлен, вытирает мою сперму, разворачивает к себе лицом. Меня прорывает:
— Ты, ублюдок, об меня нельзя вытирать ноги!
— Я это и не делал.
— Ты делал, что хотел! Так тоже нельзя!
— А ты этого не хотел? По-моему, еще возле озера…
Перебиваю:
— Я был под действием лекарств, которыми ты же меня и накачал!
— Сейчас ты не был…
— Хватит! Ты… мерзкий… я…
Мне кажется, или он выглядит слегка озадаченным?
— Я не думал, что ты так отреагируешь. Это и моя слабость, прости, — вдруг Хаким тяжело вздыхает. Обнимает меня. – Нельзя позволять себе такое. Но после озера я так хотел увидеть какой ты, когда кончаешь.
Вырываюсь, кричу:
— Так вот, значит, что ты хотел? Просто интересно стало?!
— Говори тише. Не просто интересно.
Зажигается лампочка над табличкой занять свои места. Стюардесса вежливо стучится. Хаким окидывает меня взглядом, поправляет выбившуюся прядь из прически, и вытягивает за руку из туалета. Все видели, как мы вдвоем выходим, но ни слова не сказали. Залпом выпиваю бокал шампанского. Хаким наклоняется и произносит:
— Вот, — на его ладони таблетка. – Проспишь до пункта назначения.
Беру ее. Отличный выход. Глотаю, запиваю его шампанским, и еще до взлета засыпаю.
Глава 5.
Отель был высококлассный. Но я не обратил на него никакого внимания. Хаким разбудил меня, когда мы приземлились и из салона вышли все остальные пассажиры. Заставил что-то выпить снова. Потом за руку вел меня до самого такси. Сам бы я ни за что не дошел. Едва что-то различал перед собой. Был будто под действием наркотиков. Хотя, наверное, так и было. Едва я оказался в номере, завалился на кровать. Проспал еще пару часов. Проснулся к вечеру. Потянулся, чувствовал себя намного лучше, сел на кровати и заметил мужчину с ноутбуком в углу.
— Ты теперь меня стеречь будешь?
Он не отвечает, продолжает разглядывать что-то у себя на экране. Посылаю его мысленно ко всем чертям, иду в ванную, чищу зубы. Стоп. Не помню, чтобы я переодевался. А на мне пижама. Выбегаю. Чемодан разобран. Своих джинс не вижу.
— Где моя одежда?
Мужчина все-таки отрывается от ноутбука и язвительно отвечает:
— Перепачканная спермой?
Смущаюсь. Делаю шаг назад и сажусь на кровать.
— Ты меня переодел?
— Обязательно задавать тупые вопросы? Кто же еще? Я сделал это только по тому, что сон в узких джинсах не способствует хорошему виду, — как трогательно. Обо мне так заботятся. — В соседней комнате ужин.
