Я недоуменно на него взглянул, не понимая, что произошло. Замечаю, как от стены отлепились двое охранников в белых одеждах и медленно подходили ко мне.
Это все? Я продан? Так быстро? Так просто? Я представлял, что торги будут проходить в стиле знаменитой Анжелики де Пейрак. А тут меня даже не раздели, не попросили встать, покрутиться там. Я даже не знал, кому продан!
Один из охранников склонился в легком поклоне передо мной и четко на арабском языке произнес:
— Прошу вас следовать за мной.
Он явно хотел меня увести со сцены, но этого не хотел я. Замерев и даже перестав дышать, я искал Хакима. Он вальяжно сидел в кресле в первом ряду и даже не смотрел на меня. Меня словно окунули в ледяную воду. Меня продали. Меня продал Хаким! Во рту возник привкус горечи.
Охранники переглянулись, решительно поднялись на сцену и взяли меня под локти. И тогда я не выдержал. Стал вырываться, царапаться, пинаться. Шум привлек внимание. Все присутствующие без особого интереса смотрели на разыгрывающуюся перед ними сцену. По-видимому, они такое видели не в первый раз. Охранники мужественно терпели мои попытки высвободиться, но крепко держали, пытаясь осторожно спустить со сцены. Мое лицо было мокрое от слез, выглядел я, наверное, ужасно, но меня это мало трогало. Трогал лишь безразличный взгляд темно-карих глаз, равнодушно наблюдающий за мной. Поза Хакима была расслабленной, в одной руке бокал с вином. Чувства затопили меня и я прокричал:
— Хаким, не отдавай меня им!
Однако мужчина никак на это не отреагировал, словно я не к нему и обращался. Я предпринял еще одну попытку, укусив охранника за предплечье:
— Хаким, пожалуйста, я люблю тебя!
Мне стоило многого сказать это. Конечно, я понимал, что это ничего не изменит, но надеялся, глупо надеялся, что это признание растопит его ледяное сердце. Хаким даже бровью не повел. Его губы чуть изогнулись в усмешке, из груди вырвался усталый, немного раздраженный вздох. Все с интересом смотрели на нас, ожидали, что он скажет. Даже охранники остановились в легком недоумении.
— Ты принадлежишь другому, Алекс. Навсегда.
Я и не ждал от него ничего другого, но было больно, чертовски больно. Будто в груди образовалась большая дыра. Хаким продал меня. Мой любимый человек предал меня. Я закрыл глаза и позволил себя вывести из зала. Слезы все еще катились по моим щекам, и я вздрагивал от рыданий. Меня вели по коридорам, потом мы спускались в лифте и оказались на парковке. Подъехал сверкающий мерседес, меня усадили на сидение. В салоне приятно пахло натуральной кожей. Один из охранников сел напротив. С минуту разглядывал меня, а потом достал пачку салфеток и протянул их мне. Я вытер лицо и высморкался. Вдруг на меня опустилась такое безразличие, что стало все равно, куда меня везут, кто стал моим хозяином. Я откинулся на сиденье и зажмурился. В голове не было ни одной мысли, а сердце с трудом билось, будто находясь в тисках.
***
Ехали мы долго. Мне вроде бы даже удалось задремать. Но ни снов, ни облегчения это не принесло. Охранник осторожно тормошил меня за плечо.
— Приехали. Выходите.
Я выбрался из машины и увидел перед собой настоящий дворец. Это было даже похоже на сказку. Как из мультика «Алладин». Гладкие стены цвета слоновой кости, блестящие купола, массивные колонны, десяток широких мраморных ступенек. Не думал, что такое бывает в жизни. Я обернулся и увидел, что перед дворцом раскинулся сад. Где-то журчала вода, пели птицы, сладко пахло цветами, ярко светило солнце.
— Добро пожаловать, — по ступенькам, ведущим во дворец, спускался невысокий немолодой мужчина. Одет он был во что-то наподобие халата, красиво расшитого и украшенного драгоценными камнями и золотой нитью, и шаровары. На его ногах были туфли с закругленными концами.
— Добро пожаловать, Алекс, — повторил он, позволяя себя разглядеть. Я ничего не ответил и отвернулся. – Меня зовут Наджмуддин, для вас можно просто Надж. Я управляющий. Вы устали с дороги? Не хотели бы освежиться? Может быть, вы голодны, хотите пить?
— Я хочу оказаться как можно дальше отсюда, — сквозь зубы выдавил я.
— Понимаю, — Надж сочувственно улыбнулся. – К сожалению, это невозможно. Позвольте показать ваши покои.
