– Да, я считаю. Причём во всех смыслах этого слова. Надеюсь, теперь – всё? Капитан нагрузил меня по полной. Не могу отвлекаться.
– Извини. Отбой! – сказал Фокс и отключился.
Ровно два дня полёт продолжался без происшествий. Своей рутинностью он начал навевать скуку. Фокс не поручился бы, что на всех без исключения. На него – точно! Занятые корабельными делами члены экипажа, скорее всего, могли иначе высказаться на этот счёт.
Немного печалило, что очевидно схлынул интерес к новому лицу на корабле, обозначившийся в первые дни полёта. Даже Валрус, проявивший участие к судьбе юноши, охладел без видимой причины. Не лёгкое же разногласие в ходе наблюдений заправки корабля тому виной?
А других причин Фокс не представлял. Ну да, скинул руку техника с плеча, которую тот как бы невзначай – раньше же не возбранялось! – задержал на плече юноши при переходе на корабль через шлюзовую камеру. Полноте! Не в этом же причина охлаждения?
Доу тоже не находила времени на общение. Она с увлечением погрузилась в исполнение служебных обязанностей навигатора. Несомненно, именно о том свидетельствовало учащение визитов к капитану.
Команда полностью прекратила собираться в кают-кампании. Решать вопросы в неформальной обстановке не получалось. Совершенно ясно, почему все периоды свободного времени Доу не вылезала из каюты капитана.
Спасибо чуткой заботе Папочки, свободного времени у членов экипажа-людей оказывалось предостаточно. Почему вот Папочка не находил его для ответов на запросы Фокса?.. На этот вопрос ясного ответа не виделось. Возможно, из-за поручений капитана. А, может, из-за родственных отношений Фокса и Мартена. Ведь роль Папочки в состоянии последнего осталась не ясной. Кто же знает наверняка! Судить сложно.
Между тем на корабле стали меньше доверять внутренней линии связи. Во всяком случае, та же Доу с её помощью не торопилась оглашать капитану нюансы расчётов направления движения. Лично, только лично! Под этим девизом проходили посещения каюты капитана женщиной-навигатором.
Как будто всё кристально ясно. Вот чего Фокс не понимал, так это причины желчных высказываний Валруса по поводу визитов Доу к капитану. Фокс изредка пересекались с техником в служебных помещениях.
Каждый раз при встрече Валрус, бросив мрачный взгляд на юношу, говорил что-то дурное о Доу. Никогда – о капитане. Зато о Доу – почти постоянно. Ну, особенности характера.
Так что скука – вот главное слово, которое грозило стать Мышиному королю именем полёта. Скука и одиночество. Второе не пугало, а вот первое – совсем другое дело. Бездеятельность для истинного зандарца хуже смерти будет!
Проблемы начались на третий день полёта. Фокс проснулся, попытался принять ионную ванну. И вот тут раздались первые тревожные звоночки. Техника отказалась подчиниться желаниям юноши.
Не то чтобы это сильно расстроило – всё-таки хоть какое-то разнообразие. Однако выяснить не мешало! А к кому обращаться в таких случаях?
Наметившаяся поломка технических систем на корабле, какой бы незначительной ни казалась на первый взгляд, требовала особого внимания. Всё-таки системы корабля недаром так назывались. Элементы этих систем находились в тесной связи друг с другом.
Проблема обозначилась в одном звене цепочки. Где гарантия, что разрыв этого звена не приведёт к утрате контроля в целом? Во всяком случае, именно так к этому отнёсся Фокс.
Он немедленно вызвал Валруса. Кто же ещё, кроме техника, мог бы разобраться в проблеме? Однако время шло, а ответа не следовало. Что бы это значило? Немного терпения…
Не хватило! Фокс обратился к кибермозгу:
– Папочка, доложи обстановку!
– Всегда готов, – отозвался кибермозг. – Но, как и ранее, вынужден сказать…
– Экстренная ситуация! – оборвал Фокс.
Трудно сказать, мог ли Папочка всерьёз обижаться или проявлять беспокойство. Между тем прозвучавший следом голос наполнили именно смешанные чувства:
– Что случилось? Модули показывают лёгкие неполадки в системе жизнеобеспечения. Поломка устраняется. Неужели не можешь обойтись без ванны?
«Ого! – подумал Фокс. – Что-то новенькое. Киберсистема станет меня учить жизни?» Вслух он сказал:
– Не знаю, как принято у вас на корабле, но на родной планете…
– Мы не на родной планете, молодой Тен, – сказал Папочка.
Голос его звучал подчёркнуто сухо.
– Я точно говорю с кибемозгом корабля? – поинтересовался Фокс.
Привыкнуть к чрезмерной самостоятельности искусственного интеллекта было непросто. Фокс ранее не сталкивался с настолько вызывающим, по его мнению, поведением машин. На Зандаре они вели себя… скромнее. Хотя понятия «наглость» и «скромность» – разве они вообще применимы к роботам? Куда девалась старая добрая функциональность?
Между тем Папочка не ответил на предыдущий запрос. Фокс решил напомнить о себе:
– Повторяю! Доложить статус вышедшего на связь в…
Мышиный король озвучил показатели времени, предоставленные ему цифровым помощником. «Кстати да! – мелькнуло в голове Фокса. – Можно ведь запросить данные через…» Он не успел окончить мысль. Прозвучал сухой ответ Папочки:
