Здесь уже внешние модули соразмеряли свои передвижения с человеческими. Надо же, что называется, иметь совесть! Ведь человек создал кибернетические системы. Не наоборот же, киберы породили человека. Хотя это вопрос, конечно, философский.
Фокс любил пофилософствовать, когда возникали для того нужные обстоятельства. Но сейчас приходилось пригибаться от потоков сверху и уворачиваться от них с боков. И что, при таких обстоятельствах, ставить сакраментальные вопросы и стараться найти на них ответы? Бред!
Конечно, и мысли не возникало: «Добраться бы по добру, по здорову до каюты капитана, а там посмотрим, о чём размышлять». Всё-таки не настолько агрессивной оказалась среда, в которой «рылся» или «плыл» Фокс. Но нечто вроде того в голову приходило.
И ничего с тревожными переживаниями Фокс поделать не мог. А живший в нём Мышиный король не хотел. Напротив, своим писклявым голосом постоянно предупреждал:
– Берегись!
Так что «поберечься» было вполне разумным выбором. А на Зандаре разум в почёте, слава героям прошлого!
Изгибы внутреннего перехода вывели наконец к площадке перед личной каютой капитана. Фокс высунулся из прохода в коридор, а точнее не хуже пробки вылетел и буквально рухнул к закрытому люку. Немного не рассчитал и ударился головой о гладкую поверхность
Закрыто, но и неудивительно. Ни на что другое, собственно, Фокс не рассчитывал. Единственное, волновал сам вид закрытого люка. Точнее, его загадочная реакция. Обычно ведь стоило прикоснуться, чтобы получить доступ.
Не это ли означало отображение, которое своей размытостью, помнится, вызывало вопросы? Фокс тогда получал инструкции от Папочки, как пройти к каюте капитана. А объяснялось всё предельно просто – личным запретом Мюза на взаимодействие с люком.
Понятно, что в таком случае Папочка тоже терял доступ. Только проявлялась разница в особенностях восприятия носителей разума, природного и искусственного. Натурные люди в экипаже, способные дотянуться и коснуться рукой, получали ограничение на тактильный контакт. А представитель машинного человечества, особенно витавший в коридорах корабля бесплотным «духом» Папочка, не мог бы «дотянуться» визуально.
«Но теперь-то, – рассудил про себя Фокс, – капитан в состоянии обратить внимание на приход гостя?» Действительно, появление гостя вышло довольно шумным. Беззвучно ударяться о двери головой ещё никто не придумал.
Зато придумали как беззвучно открывать люки! Стоило проходу открыться, как на пороге показался… одетый немного не по уставу корабельной службы Мюз. Раскрасневшийся, голый сверху по пояс, с накинутым снизу покрывалом – очевидно он только что занимался физическими упражнениями.
«Надо же, находит время держать себя в форме!» – с толикой восхищения подумал Фокс. Он тянул в приветствии руку, поднимаясь с напольного покрытия площадки перед каютой.
– А, ты! – воскликнул Мюз.
Он дал люку закрыться, а сам машинально ответил на рукопожатие. И тут же добавил к недавнему восклицанию:
– Думал, опять этот... ошивается.
– Кто? – не понял Фокс.
Мюз неопределённо махнул освободившейся от рукопожатия рукой и проговорил:
– Да! Есть тут один. Ходит, бродит, вынюхивает. А хозяйство на корабле – развалено!
– Так это от Валруса дверь заблокирована? – спросил Фокс.
Мюз кивнул и промолвил:
– От него, от него. Ну, и от остальных тоже. Кого не следует сразу пускать.
– Валрус странный, – поделился Фокс.
Мюз усмехнулся и сказал:
– Не то слово!
– Думал, он образец зандарца… – юноша не договорил.
Мюз нахмурился, слушая его рассуждения и быстро уточнил:
– А ты чего, собственно, хотел-то? Неужто личность Валруса пришёл обсудить?
Фокс пожал плечами и проговорил:
– Внутренняя связь барахлит. Доверять до конца не могу. А на корабле странные дела творятся. Решил лично прибыть. Насчёт же Валруса… К слову пришлось.
– Понятно, – бросил Мюз.
Потом словно очнулся и спросил:
– От меня-то что хочешь услышать?
Фокс с удивлением взглянул на него и неуверенно отметил:
– Как это «что»? Кто, кроме капитана владеет всей ситуацией?
В районе условного потолка раздалось тактичное покашливание. Фокс вздрогнул и бросил взгляд в ту сторону. Эх, мог бы он обернуться реальной мышью, а не только образно сравнивать себя с Мышиным королём! Тогда точно фыркнул бы или пискнул.
Мюз недовольно покосился в направлении, куда смотрел Фокс, и поинтересовался:
– Вижу, не один техник бродит около моего жилища. Его искусственный «побратим» ходит буквально по пятам.
– Хотел уточнить для молодого Тена, – проговорил Папочка. – Если будет на то разрешение, конечно.
– Валяй! – велел Мюз.
– Ситуация под контролем, – заверил Папочка. – По большому счёту, она никогда из-под него и не выходила. А что касается полноты картины…
Папочка на несколько мгновений замолчал, так что слушавшие его речь люди стали недовольно переминаться с ноги на ногу. Посмое паузы кибермозг корабля продолжил:
– К сожалению, ни у кого нет полной картины.
– Даже у тебя? – мрачно бросил Мюз.
– Даже у меня, – эхом отозвался Папочка.
Мюз посмотрел на повернувшегося к нему Фокса и отметил:
– Наш умник тактично намекает, что…
