Теперь, когда мессир Форстер-старший перестал быть неизвестным горцем, о котором говорил Корнелли, теперь, когда он находился не за сотни льё в далёкой Трамантии, а взирал на неё с этой картины, обстоятельства его смерти показались Габриэль ужасными.
Она не знала всей истории о восстании, кто был в нём виноват, а кто прав, но сейчас впервые задумалась об этом.
Она осторожно закрыла дверь в библиотеку и заперла на ключ, решив ненавязчиво это узнать. Вот только у кого? В этом доме ей вряд ли дадут внятный ответ.
За время отсутствия Форстера её злость и раздражение понемногу утихли, и их место заняло любопытство. И если в первые дни своего пребывания Габриэль была погружена в себя, думая об Алерте и Кастиере, о будущем и ненавидя хозяина Волхарда, то теперь она, наконец, стала видеть и окружающий мир, и кроме красоты местных пейзажей, стала замечать множество других интересных вещей.
Она всё-таки пошла в Эрнино пешком, потому что отец три дня провозил её письмо в кармане, всякий раз забывая заехать на почту. Натану она об этом говорить не стала, да он и не спрашивал - привык за это время, что их гостья постоянно уходит гулять вокруг усадьбы. Дорога оказалась не такой уж и длинной, погода прекрасной, а вид с холма на Волхард оказался захватывающим, и Габриэль решила, что теперь будет часто совершать такие прогулки. Тем более что обещала регулярно писать Франческе.
Бруно убежал к реке, а Габриэль шла, наслаждаясь теплом поздней весны, разглядывая Трамантино Сорелле и черепичные крыши Эрнино, когда увидела мчащегося навстречу всадника и посторонилась, пропуская его.
Но всадник вдруг резко осадил лошадь, и она услышала удивлённый возглас:
-Синьорина Миранди?
Она подняла голову, прикладывая ко лбу ладонь, чтобы смотреть против солнца на окликнувшего её человека, но он уже спешился, шагнул навстречу и эмблема экспедиционного корпуса – золотой лев на зелёном поле, блеснула на тулье его фуражки.
-Капитан Корнелли? – удивлённо спросила она. – Вы… здесь?
И дальше подумала, как же это некстати…
Мысли заметались пойманной птицей – если он узнает о том, где она живёт, то узнает и Фредерик, и капитан Моррит, и … и вся Алерта!
Ну почему из всех людей на свете, Боги послали ей именно капитана Корнелли! Человека, который всё, ну абсолютно всё истолкует превратно! Ведь именно он стрелялся на дуэли из-за неё!
И в этот момент ей хотелось просто убить мессира Форстера.
-И вы… здесь! Боже, какая удача! И как неожиданно видеть вас в этом месте! – капитан поцеловал её руку, и дружески пожал, с улыбкой разглядывая лицо Габриэль. – Я так рад!
-И я… очень рада вас видеть, - улыбнулась Габриэль вымученной улыбкой.
-Простите меня, синьорина Миранди, - произнёс он, наконец отпустив её руку. – Я очень виноват перед вами!
-Простить? За что?
-За… то, что было в Кастиере. За то, что я уехал, даже не попрощавшись. Мне нет прощения, я понимаю, и мне очень жаль, что всё так получилось. Но мой отец, увы, был… очень настойчив! И он не только мой отец, но и старший по званию, я не мог его ослушаться, – на лице капитана Корнелли и в самом деле появилось раскаянье. – Я вам писал, но вы не отвечали… И я решил, что вы… Скажите, что вы простили меня?
-Тут не за что прощать, я всё понимаю, - ответила Габриэль. – Я слышала о вашем отце и знаю, что он… очень суров. И если вы писали мне в Кастиеру… мы ведь осенью переехали в Алерту, хотя странно, что письма нам не переслали. А… как вы оказались здесь? – спросила она, напряженно думая о том, как же обойти вопрос, который он непременно задаст.
-Здесь? – Корнелли чуть нахмурился. – Приехал с авангардом в гарнизон. На границе опять волнения… Снова повстанцы… Генерал-губернатор приказал усилить все форпосты дополнительными отрядами. Я тут по его поручению.
И увидев, как изменилось лицо Габриэль, он тут же добавил с улыбкой:
-Но вам нечего бояться! В Эрнино спокойно. Тут, пожалуй, самое спокойное место на всей границе. И кстати, я не спросил, а оказались здесь вы?
-Университет направил отца в экспедицию. Здесь нашли очень древние кости очень древнего тигра в очень древней пещере. Понимаете, что он не мог устоять? - улыбнулась Габриэль в ответ, чувствуя, как похолодели пальцы.
-А, так тот палаточный лагерь у пещер… Значит синьор Миранди там? А вы его сопровождаете? Удивительно, как нас свела судьба!
-У отца слабое сердце и я приглядываю за ним, нельзя было отпустить его сюда одного, вот почему я здесь. Как здоровье Фредерика и капитана Моритта? Всё ли у них хорошо? Они приехали с вами? – Габриэль снова попыталась увести разговор в сторону.
