– Неприятная ситуация. Видимо кому-то в Москве очень не нравится, что Савва стал по сути единственным центром силы на Дальнем Востоке, после того как у него не осталось в регионе серьезных конкурентов. – Вслух задумался Олег, вспоминая явившегося к нему с отрядом поддержки церковника-богатыря. Понятно, что трясти деньги с вольного отряда не отправят обычных клерков, иначе слишком уж велик риск пропажи подобных инспекторов, однако обычно такие персоны все же отдают приказы, а не исполняют их. А еще мысли чародея занимал бессознательный демонолог, по-прежнему валяющийся в кладовке на борту судна. Похоже, он все-таки попадет в руки правосудия с обвинениями всего лишь в несанкционированном призыве темных сущностей, которые вряд ли доставят ему много проблем. Все-таки Бимурат действительно являлся лицензированным чернокнижником, а не занимающимися абсолютной самодеятельностью культистом. – Ничем иным я не могу объяснить такую цепочку «случайностей», явно нацеленную сбивать на взлете подающих надежды чародеев, способных в будущем стать серьезными конкурентами всяким назначенцам из Москвы. Кстати, как там сам старик?
– Очень недоволен заключенным с японцами перемирием и тем, что даже англичанам сейчас не может морды набить, так временно не может от своего капища далеко отлучаться, а потому напоминает пожар на месторождении природного газа. Видел когда-нибудь, как они горят? – Осведомился у Олега устроившийся напротив молодой волхв. С крыши здания, стоящего напротив борделя, где располагался весьма недурной ресторан, творящееся на улице было прекрасно видно и слышно. В этом заведении никто бы никогда не смог разбить ни одного окна, поскольку ни одного окна тут и не было. Людей от окружающего мира ограждала едва заметная пленка магического барьера, пропускавшего через себя звуки и свежий воздух, но несмотря на свою кажущуюся иллюзорность способная остановить и зной, и дождь, и даже пару-тройку вражеских снарядов. Из-под земли на протяжении многих дней и целых месяцев бьет на высоту нескольких метров фонтан холодного голубого огня, но он ничто по сравнению с тем разрушительным потенциалом, который таится под коркой грунта. И если все-таки долбанет, то разрушений случится не меньше чем от извержения вулкана. Кстати, а вон тот человек из твоей команды действительно потерял брата в бою с османами?
– Троюродного, – согласно кивнул головой Олег, который никогда бы не оставил на авось столь важную деталь предстоящий дуэли, как её формальная причина. Благо не столь уж и сложно оказалось отыскать среди его команды вполне реальные обиды на недавних попутчиков, способные в случае своего намеренного раздувания привести к поединку, который будет не так-то просто запретить решением каких-нибудь церковников или старших офицеров. Ну, если действовать по законам страны, сборники с которыми Олег последнее время держал при себе наравне с оружием и артефактами. Индеец был одаренным, причем состоящим на службе русского дворянина, сражающегося в рядах действующей армии, а потому просто повелеть ему заткнуться, забить толпой или приказать каким-нибудь жандармам публично отметелить нарушителя общественного спокойствия до полусмерти было затруднительно. В Ростове-на-Дону такой властью обладало от силы человек десять, и ни одного из них здесь сейчас не имелось. – В маленьких деревнях или племенах, знаешь ли, почти все друг другу немного родственники. А ко мне таких вот красных молодцев с ирокезами вместе с этим парнем чуть ли не дюжина сразу завербовалась…Жаль, он из них самый одаренный, почти до границы третьего ранга дотянул.
Индеец, которого крепко удерживало за руки сразу человек шесть, продолжал выкрикивать в адрес своего оппонента оскорбления в трусости и призывы решить все их вопросы поединком, желательно проведенном здесь и сейчас. Но можно и на специально предназначенной для этого арене в любое удобное артиллеристу время. Его оппонент, которому уже успели купировать боль, порывался чего-то на это ответить, однако четкой дикции очень сильно мешал наполненный кровью рот. Олег даже с некоторым недоумением наблюдал за безуспешными попытками привести в порядок разорванную щеку артиллериста. Среди посетителей девиц облегченного поведения обнаружилось аж трое обладателей знаков целителей, однако один из них стоял в стороне и довольствовался ролью молчаливого зрителя, а два других хоть и старались помочь раненному, но делали это как-то бестолково, больше мешая друг другу. И это даже со скидкой на возможное влияние алкоголя и последствия недавнего переутомления из-за огромного количества раненных…Хотя нет, с последним бы они на поиски продажной любви не отправились. Видимо просто маги-медики из них оказались примерно такие же, как из младшего магистра Щукина – генерал.
