На улице тем временем начался поединок артиллериста, оставшегося в одной лишь белой рубашке и тонких обтягивающих штанах, да индейца, щеголяющего волосатой покрытой шрамами грудью и короткими кожаными шортами. Веер небольших но крайне быстрых огненных лезвий ударил в фигуру рванувшегося вперед краснокожего, но пламенные клинки взрезали не человеческую плоть, а туманный контур, окружавший бойца Олега подобно доспеху. Какая-то часть мощи боевого заклинания все же пробилась через защиту шамана, поскольку на красной коже абордажника стали расплываться многочисленные ожоги. Но тот то ли не чувствовал боли, то ли мог игнорировать её и уже сблизился вплотную со своим противником. Выпущенная в упор струя пламени прошлась над головой упавшего на землю противника, который последнюю пару метров по земле просто прокатился, а дальше офицер полетел ничком из-за мощной подсечки, возможно сломавшей ему голень к чертям собачьим. И больше встать одному из соратников Щукина было не суждено, ведь в его уши с обоих сторон вошли длинные призрачные когти, что выросли на указательных пальцах говорящего с духами поверх ногтей. Если окружающие и хотели вмешаться в ход поединка, не допустив смертоубийства, то просто не успели это сделать.
Распрощавшись с молодым волхвом, Олег принялся наблюдать за тем, как победитель неторопливо возвращает на место свои доспехи, готовясь вмешаться и прикрыть бойца в случае произвола со стороны военной полиции или товарища усопшего. Однако все обошлось. Слишком много имелось свидетелей того, что все прошло в соответствии с правилами дуэльного кодекса, а значит формально убийца был безукоризненно чист. Индейцу может быть и сказали несколько не слишком-то теплых слов или плохо завуалированных оскорблений, однако данный краснокожий к откровенной брани в своей адрес и возможным угрозам относился полностью индифферентно. Его жизнь и так периодически оказывалась в опасности, причем, обычно причиной это служили намного меньшие деньги. И даже если бы кто-то из младших офицеров пожелал достать краснокожего через семью или друзей, ему пришлось бы очень постараться, дабы найти нужное племя на другом континенте.
– Дык, ну шо? – Насел на целителя Святослав, стоило тому лишь вернуться на борт и войти в капитанскую каюту, где уже собралось небольшое импровизированное заседание. – Пора, стал быть, поминки праздновать?
– Теперь Щукину придется искать нового поставщика всяких предметов роскоши прямо на фронт. – Олег не гордился тем, что он сделал, однако и серьезных моральных терзаний не испытывал. Если бы подпевалы младшего магистра ограничились словесными нападками на чародея, тот бы максимум плюнул в их сторону и успокоился. Очернение репутации и навешенный незаслуженно штраф заставил бы злобно поскрипеть зубами и занести недоброжелателей в список тех, с кем он никогда дел иметь не будет и при случае больно щелкнет данных людей по носу. Однако раз офицеры сознательно подставили своих временных союзников под высшую меру наказания, то однозначно перешли в категорию врагов. – А у вас тут как? Все спокойно?
– Демонолог, которого ты велел охранять, как-то сумел очнуться, – пожал плечами Стефан. – Но потом он посмотрел на дежурящих над ним автоматронов с зачарованными клинками, проверил крепость опутывающих его цепей и принюхался к зажигательной смеси, пропитавшей одежду и волосы…А после решил потерять сознание обратно. Может хоть теперь ты скажешь, что удалось от него узнать?
