Если Белинского и Некрасова заносчивость Достоевского раздражала в чисто личном, эмоциональном плане, то высокомерная ирония представителей родовитого дворянства Тургенева, Панаева, Сологуба, можно полагать, включала в себя еще и чувство сословной неприязни к разночинцу, вознамерившемуся занять равноправное с ними положение на российском литературном Олимпе. Урок был жестоким и Достоевский запомнил его на всю жизнь, компенсируя в зрелые годы, когда он уже «достиг апогея своей славы, – славы, может быть, не вполне хвалебной, но очень громкой всероссийской»[289], былые унижения жесткой критикой «помещичьей литературы» – см., например, его письмо Н. Страхову от 18/30 мая 1871 г. [ФМД-ПСС. Т.29. С. 216], и злейшей пародией на Тургенева в своем романе «Бесы», о коей речь пойдет ниже.
В социально-историческом плане важно отметить, что в то время как Толстой <и Тургенев –
Примечательную запись оставила в своем дневнике в 1880 году, т. е. за год до смерти Достоевского, Елена Андреевна Штакеншнейдер, мемуаристка, потомственная хозяйка знаменитого петербургского литературного салона[291] которой в 1870-х – начале 1880-х гг. посещали видные русские литераторы – Григорович, Тургенев, Достоевский, Б. Маркевич, А. Майков, Н. Страхов, Гончаров, Я. Полонский и др.:
Он знает все изгибы души человеческой, предвидит судьбы мира, а изящной красоты от пошлой не отличит. Оттого ему и не удаются женские лица, разве одни только мещанские. Многие, со страхом подходя к нему, не видят, как много в нем мещанского, не пошлого, нет, пошл он никогда не бывает, и пошлого в нем нет, но он мещанин. Да, мещанин. Не дворянин, не семинарист, не купец, не человек случайный, вроде художника или ученого, а именно мещанин. И вот этот мещанин – глубочайший мыслитель и гениальный писатель [ШТАКЕН. С.438].
Иван Тургенев, завсегдатай литературных салонов[292], которые держали светские женщины – Юлия Абаза, Авдотья Елагина, Мария и Елена Штакеншнейдер, Антонина Блудова, Авдотья Панаева и др., был в них душою общества. Он слыл остроумным человеком, блистательным рассказчиком, готовым для развлечения дам, на ходу выдумать занятную историю и вполне жуиром. Один из хороших знакомых Тургенева, историк и публицист, академик Борис Чичерин пишет:
Всегда оживленная, мягкая речь его была и разнообразна, и занимательна. В женском обществе к этому присоединялись не совсем приятные черты: он позировал, хотел играть роль, чересчур увлекался фантазией, выкидывал разные штуки.
По свидетельству Якова Полонского:
