Там он подолгу беседовал с жителями, проводил собрания, а нам приходилось томиться без дела. Но, справедливости ради, надо сказать, что комиссары были желанными гостями в деревнях. Люди радовались их приезду, хотели услышать новости из первых уст. В этот день мы побывали за рекой в деревнях Залещенки и Нивье. После собраний комиссар беседовал отдельно с жителями,
переходя из одного дома в другой. Выйдя из последнего, он о чем-то задумался, постоял возле коня, а потом спросил:
— Ты на хуторе давно был?
— На каком?
— В Видусово.
— Два дня назад.
— Как там поживает Иван Иванович Пахомов? Давненько не встречался с ним.
— Бодрый старичок. Наши разведчики часто навещают его.
— Едем к нему.
Я стал разворачивать коня. В это время в трех санках, нахлестывая лошадей, промчались наши разведчики. Они направлялись на задание. Мы поехали вслед за ними и вскоре были в Видусово. Здесь, в заснеженной усадьбе, возле чистого соснового бора, где вековые сосны заглядывали в окна, с женой и младшей дочерью Татьяной проживал старик Иван Иванович Пахомов — специалист на все руки. Он мог выполнять и токарные, и слесарные, и столярные работы. Он обучил этому мастерству своих сыновей. Они стали одними из первых строителей города Комсомольска-на-Амуре. Теперь все сыновья и дочь- лейтенант находились в Красной Армии.
С. А. Петраченко хотел договориться со стариком о связях с нами. Хутор находился на восточной окраине партизанской зоны, недалеко от крупных вражеских гарнизонов.
Старик приветливо встретил комиссара. Гостеприимная хозяйка накрыла на стол и накормила нас ухой, тушеным картофелем и солеными рыжиками. Когда хозяйка убрала посуду, Петраченко попросил старика предупреждать партизан о появлении гитлеровцев вблизи хутора и в соседних деревнях.
— Хорошо. Сделаю все возможное. Не сомневайтесь. Но я готов и на большее. Например, сходить в гарнизон, разузнать, что там и как.
— Нет, нет, Иван Иванович, этого от вас не требуется.
— Почему же? Я стар, достаточно пожил на этом свете и бояться мне нечего, — настаивал старик.
— Главное для вас, Иван Иванович, — предупреждать партизан, чтобы они не попали в лапы фашистов, а остальное — дело других, — твердо ответил комиссар
Во время беседы к столу подошла дочь хозяина Татьяна. Красивая, небольшого роста шестнадцатилетняя девушка с открытым и смелым взглядом черных глаз. Она с любопытством рассматривала наше оружие, а потом обратилась к комиссару.
— Возьмите меня с собой. Все мои братья и сестра воюют, а я сижу дома, прячусь и никакой пользы не приношу. Я хочу быть партизанкой, — просила она Петраченко.
— Нет, Танюша, в отряд тебе рано, — ответил комиссар и по-отечески провел рукой по ее косам. — Ты нужна нам здесь. Помогай отцу. К нему будут заходить наши ребята. Только чтобы ни одна душа не знала об этом.
Договорившись с Иваном Ивановичем о сигналах, мы уехали в отряд.
— Хорошая семья, — задумчиво произнес комиссар под скрип полозьев.
Как и договорились, при опасной ситуации И. И. Пахомов выставлял возле сарая длинный шест, что означало: на хуторе появляться нельзя. Благодаря этим мерам за все время партизанской деятельности мы ни разу не наткнулись здесь на засады, которые гитлеровцы часто устраивали на партизанских тропах.
Несмотря на запрет комиссара, И. И. Пахомов не раз на свой страх и риск под разными предлогами наведывался во вражеские гарнизоны. Сведения о противнике, которые он оттуда приносил, были для нас весьма важными.
Через два дня И. Ф. Бондаренко вызвал в штаб ребят, отобранных для обучения на краткосрочных курсах разведчиков. В штабе сидел молодой, подтянутый парень в гимнастерке без знаков различия.
— Инструктор Серебряков, — назвал его И. Ф. Бондаренко. — Направлен к нам штабом бригады. Он будет обучать вас.
Не теряя времени, Серебряков организовал жилье курсантам в доме Ф. Ф. Светлицкого, в прошлом председателя сельпо. Мы прихватили во взводе свои нехитрые вещички и лыжи и направились в отведенную хату.
Инструктор объявил программу и ознакомил нас с распорядком дня.
Обучить партизан разведывательному делу непросто, притом в ограниченное время. Высокие волевые и физические данные они должны были уже иметь. Это вырабатывается еще с детства. Теперь требовалось вооружить каждого необходимыми в разведке знаниями, развить у них инициативу, самостоятельность, способность правильно оценивать обстановку, ориентироваться на местности, стремление всегда искать и находить наилучшие способы выполнения заданий.