Первоначально эта глава (под № 15) предназначалась для мартовской книжки «Русской старины» 1874 г., но была запрещена цензурой. В 1875 г, она была вновь набрана и напечатана в майском номере журнала, однако по решению С.-Петербургского цензурного комитета текст ее был изъят из готовой уже книги. И только в четвертом номере «Русской старины» за 1876 г. она увидела наконец свет. В процессе борьбы с цензурой текст главы подвергался неоднократным изменениям и переделкам. Изучение всех относящихся к этой главе материалов неопровержимо доказывает, что в первой из двух сохранившихся корректур набора 1875 г. наиболее точно представлена авторская доцензурная редакция главы. Занимающие в ней большое место отрывки из повести «О себе» («прерванный разговор», «гулянье под Новинским») также подвергались изменениям, и в первой корректуре текст Герцена сохранился наиболее полно и точно (подробнее об этом см. в ЛН, т. 63, стр. 16–20 и 626–628). На этом основании мы печатаем текст настоящей главы по первой корректуре 1878 г. (ИРЛИ, ф. 265, оп. I, № 18, л. 187–195 об.).
{1} Одноактный водевиль Огюстена-Эжена Скриба (1791–1861) «Les premières amours ou Les Souvenirs d'enfance». Дата и место первого представления в Париже указаны Пассек в подстрочном примечании (стр. 292 наст. тома).
{2} Роман Гете «Die Wahlverwandschaften» («Избирательное сродство») был издан впервые в 1809 году.
{3} Это сравнение Гете и Шиллера перешло в «Записки одного молодого человека» (см. Г, т. I, стр. 278–279).
{4} Это образное выражение Герцен употребил в письме к Н. А. Захарьиной, датированном 5 или 6 июля 1833 г.: «И тут-то, тут-то иметь возле себя друга и ему перелить свои ощущения не через холодильник пера, а пламенной, каленой лавой речи» (Г, т. XXI, стр. 19). Работая в 1838 г. во Владимире над повестью «О себе», Герцен перечитывал свои письма к невесте, которые она по его просьбе пересылала во Владимир.
{5} Трагедия В. А. Озерова «Фингал» (1805) была написана по мотивам сказаний легендарного шотландского поэта Оссиана и пользовалась в первые десятилетия XIX в. большим успехом.
{6} В печатном тексте (как в «Русской старине», так и в отдельном издании) рассказ о поваре Алексее был сильно сокращен. Публикуемый нами полный текст в основном соответствует тексту «Былого и дум» (Г, т. VIII, стр. 44–45), но содержит несколько дополнительных подробностей.
{7} Рассказ о Летунове перешел в печатный текст без изменений, кроме последней фразы, которая после переделки звучала так: «Как окончилась судьба его — не знаю; но спустя много лет услыхала, что старший сын его кончил курс в Московском университете на медицинском факультете и впоследствии был ординатором в клинике» (П, т. I, стр. 286–287). О художнике Иване Захаровиче Летунове см. ЛН, т. 63, стр. 771–772.
{8} Как и в рассказе о поваре Алексее, Пассек в печати сильно сократила изложение истории крепостного скульптора (см. П, т. I, стр. 287), добавив вместе с тем указание, что он был учеником Витали. Трагическая судьба скульптора может быть поставлена в один ряд с рассказами Герцена в «Былом и думах» о жертвах крепостного права.
{9} Традиционное весеннее народное гулянье в Москве устраивалось на пасхальной («святой») неделе под Новинским, то есть в районе нынешней ул. Чайковского (б. Новинский бульвар). Любопытно сравнить с описанием Герцена свидетельство современника, приведенное в книге «Москва, или Исторический путеводитель по знаменитой столице Государства Российского», часть третья, М. 1831, стр. 338 и 339–340:
«От самого Кремля видите вы ряд деревянных балаганов, выстроенных из тесу по прекрасным фасадам разного вкуса, то в виде готических, то в виде индейских пагод, то китайских минаретов, то итальянского и смешанного стиля; наружность балаганов раскрашивается пристойным образом; в интервалах балаганов видите вы палатки, где устроены ресторации или лавочки с фруктами, конфектами и тому подобным; видите также инде круглые качели в ящиках, инде круглые горизонтальные около столба; здесь коньки, искусно сделанные; иногда летние горы, наподобие тех, какие делаются зимою на Москве-реке и с тою только разницею, что на них катаются в тележках с низенькими чугунными колесцами, для коих и на горах, дабы не раскатывались, сделаны желоба. По обоим концам гулянья, то есть у Смоленского рынка и в Кудрине, устроены шатры, огороженные дощатыми заборами: это кабаки».
«Обойдем теперь балаганы; на балконах каждого из них видите вы музыкантов и почти всю труппу представляющих, одетых в странные костюмы. Паяс дурачится, зовет в балаган свой и смешит народ, который густыми толпами теснится около представления; на каждом балагане вывешивается в девять часов утра флаг, который опускается только вечером. Что же представляется в балаганах? Фокус-покус, скачка на лошадях, сальто-морталь, звери, восковые фигуры, оптические представления, физические опыты и многое сему подобное».
{10} Из стихотворения В. А. Жуковского «Певец во стане русских воинов» (1812).
