Первая половина настоящей главы посвящена крупному событию в общественной жизни Москвы 40-х годов — публичным лекциям Грановского по истории Западной Европы в средние века. Эти лекции не случайно привлекали многочисленных слушателей из кругов московской интеллигенции. Будучи ученым-просветителем, Грановский на материале истории средневековья развивал передовые идеи. По словам Герцена, «его сила была не в резкой полемике, не в смелом отрицании, а именно в положительном нравственном влиянии… в чистоте его характера и в постоянном, глубоком протесте против существующего порядка в России» (Г, т. IX, стр. 122). Пассек перепечатала в этой главе полный текст двух статей Герцена о лекциях Грановского, воскресив их тем самым в сознании русского общества. В рассказе о лекциях и об их успехе у публики Пассек использовала вполне достоверные свидетельства Т. А. Астраковой, которая слушала Грановского и вспоминала о его лекциях по личным впечатлениям.
На воспоминаниях Астраковой построена в основном и вторая половина главы — рассказ о московском периоде жизни Герцена, о начавшемся разладе с друзьями и о его решении ехать за границу. Не напечатанное по цензурным причинам продолжение этих воспоминаний — описание прощального вечера у Грановского и проводов Герцена на станции Черная Грязь — сохранилось в рукописи и печатается во втором приложении к настоящему тому.
В отдельном издании Пассек несколько сократила и переделала текст Астраковой. Эти части главы мы печатаем по PC, где они были даны в более близком к первоисточнику виде.
{1} Эпиграф из второй статьи Герцена «О публичных чтениях г-на Грановского» (Г, т. II, стр. 123).
{2} Чтение первого курса публичных лекций в Московском университете Грановский начал 23 ноября 1843 г. и закончил 22 апреля 1844 г. Текст их в Печати не появлялся, до нас они дошли в записях некоторых слушателей (хранятся в Государственном Историческом музее в Москве). Грановский читал курсы публичных лекций и позднее — в 1845/46 и в 1851 гг.
{3} Первый абзац почти точно воспроизводит слова Герцена из
{4} Часть главы от начала второго абзаца и до строк, подводящих к статье Герцена, Пассек взяла из воспоминаний Астраковой. К этим же воспоминаниям восходит, очевидно, текст, находящийся между первой и второй статьями Герцена.
{5} К этому месту в PC было дано примечание: «Помещаем это письмо и следующее с печатных оттисков, полученных Т. П. Пассек от самого автора. Оттиски, сохранившиеся в библиотеке П. А. Ефремова, также весьма любезно сообщены им „Русской старине“. —
{6} Грановский был командирован в Берлинский университет для подготовки к профессорской деятельности в 1836 г. В Москву он вернулся в августе 1839 г.
{7} Французские просветители (Монтескье, Вольтер и др.) односторонне рассматривали средние века как период невежества и варварства, и не умели правильно объяснить значение этой эпохи в европейской истории. Автор ряда трудов по истории средневековья, опубликованных в 30-х годах, Генрих Лео (1799–1878), стоял на реакционных позициях как в своих исторических исследованиях, так и в публицистических статьях, на что и намекает Герцен.
{8} Герцен имеет в виду произведения, в которых воссоздавались образы героев поэм Гомера и трагедий Софокла: трагедии Сенеки («Геркулес на Эте», «Агамемнон»), Расина («Андромаха», «Федра»), Альфиери («Орест», «Антигона», «Агамемнон»), Гете («Ифигения»).
{9}
{10} «Письма об эстетическом воспитании» Шиллера появились в 1795 г. В начале этого трактата автор сам указывает на связь своей системы с философией Канта. Идея историзма отличает эстетические взгляды Шиллера от взглядов других теоретиков искусства XVIII в.
{11} Немецкий ученый-теолог Генрих Паулус опубликовал без разрешения автора лекции Шеллинга, читанные им в Берлинском университете в 1841–1842 гг., после чего Шеллинг возбудил против него судебный процесс.
{12} В «Москвитянине» (1843, ч. VI, № 12, стр. 521–530), в разделе «Московская летопись» была помещена статья Шевырева о лекциях Грановского. Признавая, по необходимости, многие достоинства этих лекций, Шевырев упрекал Грановского в односторонности, в том, что он «добровольно стал в ряды западных мыслителей, там приковал себя к одному чужому знамени и обещал нам быть эхом одной только стороны исторического учения». Упрека в том, что Грановский «ничего не сказал о России», в статье нет. Его Пассек взяла из записи в дневнике Герцена от 11 декабря 1843 г. (Г, т. II, стр. 319).
