Эдмунд смотрел на меня хитро, с неким превосходством. Уверенный, что я вся в его власти.
- Ничуть. Не хотелось ставить леди Джоан в неловкое положение.
Но Эдмунд продолжал самодовольно улыбаться. Сама виновата.
- После ужина жду вас в оранжерее, третий поворот налево, там есть замечательные кусты.
Я не стала ничего отвечать, чтобы не компрометировать себя еще больше. Пусть мучается ожиданием, появлюсь я или нет. Интересно, откуда ему известно об укромных уголках в оранжерее Клиффордов?
Не успела я основательно об этом задуматься, как что-то сильно царапнуло мою кожу выше перчаток.
- Ой!
- Ох простите. Тут так тесно.
На лице Джоан не было ни капли раскаяния, хоть она и очень старалась выглядеть виновато. В руках она держала розу с необрезанными шипами. Что за вульгарность!
- Романтичный знак внимания от поклонника, не находите?
- Ужасно не практичный, - зло бросила я.
Трудно удержаться от проявления эмоций, когда руку больно щиплет, а сам порез ничем не скрыть от глаз.
- Еще раз приношу извинения, - и Джоан скрылась в толпе.
***
Ужин, состоявший из четырнадцати блюд, мог удовлетворить даже членов из королевской семьи. Палтус а ля папильот, запеченный краб под цитрусовым маслом, рулеты из лосося, свиные отбивные, жареная утка под апельсином, всевозможные гарниры. А десерты! Я впервые попробовала жареное мороженое! Этот рецепт вроде бы привезли из востока. Бесподобно.
Несмотря на столь роскошное убранство, который оценит каждый гурман, я никак не могла дождаться конца ужина. То и дело ерзала на стуле, за что постоянно себя одергивала. А когда гости наконец начали подниматься со своих мест, приказала себе оставаться неподвижной, делая вид, будто я никуда не спешу. Уж точно не на тайную встречу с мужчиной.
После ужина все разбрелись кто куда. Родители решили посетить импровизированный концерт в музыкальной комнате, большинство мужчин отправилось в игральную, а дамы собрались в уютных гостиных.
Чтобы оттянуть время и заставить Эдмунда немного понервничать, я отправилась вслед за отцом и матушкой, чтобы засвидетельствовать чей-нибудь музыкальный позор. Мои уши выдержали ровно одну композицию, и, извинившись перед родителями, я была такова.
На пути в оранжерею решила заглянуть в библиотеку. Здесь некоторые из гостей Клиффордов расположились в креслах с книгой в руках. Прошлась вдоль полок, делая вид, что выбираю какой томик взять почитать. Выхватила книгу наугад, и подобрав юбки платья, вышла с ней из библиотеки.
Книгу, которой было не суждено быть мною прочтенной, я спрятала за вазой возле первой попавшейся ниши. Кто-нибудь из слуг обязательно ее найдет и уберет на место. Ну а я сделала все, чтобы никому в голову не пришла опасная мысль, будто я исчезла одновременно с лордом Бофортом.
Оказавшись внутри оранжереи, я, насколько позволял корсет, вздохнула полной грудью. Свежий аромат зелени и цветов слегка кружил голову. Размеры оранжереи поражали воображение. Если не поднимать голову наверх, можно было подумать, что ты оказался в Лэндонбургском Летнем саду. Здесь была главная аллея и небольшие тропинки, расходившиеся в разные стороны. Впереди по центру виднелся водоем, который манил приблизиться к нему и насладиться журчанием воды. Но мне следовало повернуть налево, дойдя до третьей дорожки.
Сердце начало быстро стучать. А вдруг здесь объявится кто-то из гостей? Место очень красивое и романтичное. И уединиться где есть…
- Попалась!
- Ох!
Эдмунд обхватил меня за талию и увел на узкую дорожку между кустами зелени. Настолько узкую, что двоим тут было не разойтись.
- Вы меня напугали!
Я укоризненно посмотрела на Эдмунда, но близость его тела, аромат одеколона, ударившего в самые ноздри, не позволял мне чувствовать себя сильно оскорбленной.
- Простите, - он улыбнулся и захватил в плен мои руки, а потом поднес их к самым губам!
Это была самая откровенная вольность маркиза. Еще ни разу в наши встречи он не смел позволить себе подобного. Стоит уточнить, что и таким тайным образом мы никогда не встречались. Наши свидания проходили в кругу других визитеров, в библиотеках, на прогулках в парках. И любая невинная близость стоила огромного труда.
- Я ужасно вас ревновал, - произнес Эдмунд очень волнующим меня голосом, - Когда вы танцевали с теми хлыщами.
Такое заявление из его уст вкупе с нашими переплетенными руками, могло запросто свалить меня в обморок. И только каким-то чудом я продолжала стоять и смотреть на него широко раскрытыми глазами.
- Я не могла не танцевать, - наигранно вздохнула и повела плечами.
- Скоро вы будете танцевать только со мной, - сказал Эдмунд, сверкнув голубыми глазами.
- Что вы подразумеваете?
О да, Виктория, ты ведь совершенно не догадываешься.
- Вот это.
Сказал он и прильнул к моим губам, обхватив за талию, и выбив весь воздух из груди.
