– Мира должна была сегодня идти с матерью в театр. Но днем она позвонила и отменила поход. Сказала, что с Ирочкой произошло несчастье и ей надо поехать к тебе. Она пообещала матери, что вечером обязательно позвонит. Но не позвонила. Сначала мы не волновались, потому что она ведь к тебе поехала. Рядом с тобой с ней ничего не может случиться. Но когда мы вернулись из театра, я пошел вместо нее, так вот мы вернулись, и маме, Вере Афанасьевне, стало плохо. Мы вызывали скорую. У нее случился сердечный приступ. Впервые в жизни. Она никогда не жаловалась на сердце. А тут ей стало плохо, и она принялась твердить, что с Мирой что-то случилось. Оля позвонила ей, чтобы успокоить маму, но Мира не берет трубку.
Зубов снова тупо посмотрел на часы.
– Бронислав Петрович, сейчас половина второго. Она спит, скорее всего.
– Она бы проснулась от звонка. Она никогда не выключает телефон на ночь. Все-таки ее бабушка – уже пожилой человек, да и вообще. Она терпеть не может оставаться без связи. А тут мы не смогли дозвониться. Я, чтобы успокоить маму, сел в машину и поехал в город. Но дома ее нет, Алеша. Вот я и решил, что, может, она у тебя. Но ты говоришь, что ее нет.
Голос его упал до шепота. До Зубова стало доходить. Миры нет дома? Но где она может быть ночью? Они расстались более пяти часов назад. Куда она могла отправиться, если не домой?
– Она так и сказала, что ей нужно побыть одной? – спросил Бронислав Петрович.
– Да. Точнее, нет. Это я так решил. Мы должны были провести ночь у нее. Мы изначально так планировали, но потом она привезла меня домой и сказала…
Ч-черт, что же она сказала? Что ей надо срочно уехать, потому что она должна что-то проверить или что-то узнать. Да. Точно. Именно так она и сказала. Но что проверить? Что узнать? Идиот! Почему он не уточнил, что она имеет в виду? Почему не поехал вместе с ней? От ужаса, что за пять с лишним часов с Велимирой могло случиться что-то непоправимое, Зубов покрылся холодным потом.
– Бронислав Петрович, вы у Миры дома?
– Да. Я не знаю, как вернуться в Репино, если я ее не найду. Мама этого не переживет, да и Оля тоже.
Голос у Борисова стал совсем растерянным.
– Оставайтесь там. Я сейчас приеду.
Никогда еще майор Зубов так остро не жалел, что у него нет машины. Впрочем, такси приехало быстро. Зашнуровывая свои грубые, практически солдатские ботинки, он кинул быстрый взгляд на борисовские «ллойды», стоящие на чистой сухой газетке. Что-то мелькнуло в голове, но тут же ушло. Ботинки сейчас не имели никакого значения.
Рухнув на заднее сиденье такси, Зубов велел себе сосредоточиться на самом важном. Что-то произошло сегодня вечером, после чего Велимира изменила их общие планы. Собираясь к Олегу Камаеву, они планировали потом вернуться к ней домой и провести приятную ночь. Почему она передумала? После каких слов Олега это произошло?
Он закрыл глаза и стал шаг за шагом воспроизводить в своей голове все, что случилось с того момента, как они перешагнули порог камаевской квартиры. Подъезжая к дому, где его ждал Бронислав Петрович, Зубов четко знал, какие слова Олега послужили спусковым крючком. Велимира резко погрустнела, погрузилась в задумчивость и отвезла его домой, после того как узнала, что Мирон Борисов заинтересовался искусственным интеллектом и пару месяцев назад поступил на курсы, где обучают работе с ИИ.
Мирон Борисов – студент-медик и чемпион Санкт-Петербурга по тхэквондо. Зубов вспомнил бицепсы парня, производящие впечатление. Ему нужны были деньги. В частности, даже для оплаты курсов он влез в долг к Олегу Камаеву. Понятно, что последний не бедствовал, но все-таки рано или поздно долг надо отдавать. Где студенту, живущему с родителями-врачами, взять денег, если они остро нужны?
Почему бы и не у друга семьи, жалкого пропойцы, владеющего дорогими картинами, крупными бриллиантами и природным изумрудом? Как будущий врач, Мирон хорошо знает анатомию человека. Как спортсмен, вполне может затянуть удавку на шее. А еще утопить женщину и перерезать ей вены. И со всеми тремя жертвами он был хорошо знаком. И на даче Кононова, скорее всего, бывал. Да и вообще, почему бы это именно ему не быть тем самым таинственным любовником Вероники?
Борисов ждал Алексея в коридоре. По крайней мере, дверь он открыл сразу после того, как Зубов нажал на кнопку звонка. Вид у него был взволнованный.
– Бронислав Петрович, звоните вашему брату.
– Светику? В два часа ночи?
– Да. Наплевать на то, что ваш брат не выспится. Звоните. Мне нужно знать, дома ли его старший сын. И если да, то когда он пришел.
Мирона Борисова дома не оказалось. Ничего не понимающий спросонья Святослав Петрович не мог вразумительно сказать, почему его сын не ночует дома и где его можно найти. Дозвониться Мирону не удавалось, потому что телефон абонента упорно был вне действия сети.
