Родители Ареса вместе с Артемисом уже уехали. Аполлон остается рядом со мной, плача навзрыд, пока я тихо рыдаю. Обратный путь становится самым печальным часом в моей жизни. Мы с Аполлоном возвращаемся на одном такси, но оба молчим, не говорим ни слова, погруженные в печаль. Деревья, дома, люди и машины мелькают в окне, но я не замечаю, как будто ничего нет.
Я даже не прощаюсь с Аполлоном, когда выхожу из машины и вхожу в свой дом, как зомби. Моя комната встречает меня тишиной, я смотрю на окно, и боль сжимает мою грудь, мой разум обманывает меня, представляя, как Арес залезает в окно и улыбается, его красивые голубые глаза загораются при виде меня.
Я смотрю на свою кровать и вспоминаю ту ночь, когда я приготовила ему горячий шоколад, а он рассказал мне о своем дедушке. Арес так изменился, из идиота, который ничего не ценил, он превратился в парня, который ценит все, которому легче выражать свои чувства, который понимает, что нормально быть слабым, что нормально плакать. Я не хочу приписывать себе эти изменения, никто не меняется, пока действительно этого не захочет, я стала поводом, который был нужен, чтобы начать.
Я сажусь на кровать, смотрю в никуда. Дани хлопает дверью, ее взгляд встречается с моим, и это все, что мне нужно, чтобы потерять контроль.
– Дани, он улетел.
Она с грустью смотрит на меня, приближаясь.
– Это правда, он улетел. – Я начинаю безутешно плакать, отпуская все это, я чувствую, что часть меня улетела с ним, и, возможно, это действительно так.
Дани спешит ко мне, бросает сумку на пол и обнимает меня.
– Он улетел, – повторяю я снова и снова.
В объятиях моей лучшей подруги я плачу всю ночь, пока не засыпаю, только просыпаюсь, чтобы прочитать, что Арес уже приземлился, но после разговора с ним я снова плачу, пока не засыпаю.
– И потом я сказала ему, что он дурак, – говорю я в телефон напротив себя, рассказывая о Джошуа. – Кому в голову придет засунуть яйцо в микроволновку?
Арес смеется на экране моего телефона. Мы разговариваем по скайпу, пока я готовлю на кухне университетского общежития.
– И это еще не все, – продолжаю я. – Он постирал розовую рубашку с белым бельем. Угадай, кто сейчас ходит в розовом?
– А я-то думал, что облажаюсь, когда буду жить один.
Я прищуриваюсь.
– Ты сжег все кастрюли в квартире.
– Я учился.
– Ты даже кофе варить не умеешь.
– Ты не пробовала его.
– Слава богу, – говорю я сквозь зубы.
Арес бросает на меня убийственный взгляд.
– Вчера я сделал пасту, она немного липкая, но съедобная.
– Посмотри, кто здесь. – Я показываю плюшевую ведьму, которую он подарил мне, когда мы виделись в выходные в честь Дня благодарения несколько недель назад. – Она моя соседка по комнате.
– Кстати, о соседках по комнате. Где Дани?
– На университетской вечеринке.
– А Джошуа?
– Там же.
– Твои друзья на вечеринке, а ты тут, разговариваешь со своим парнем, какая верная.
Я смотрю на него устало.
– Мне никогда не нравились вечеринки. – Я пробую суп, который готовлю, и облизываю палец. – М-м-м, вкусно.
– Хотел бы я быть на месте пальца.
– Арес!
– Что? Я скучаю по тебе, ведьма. Я умру от недостатка любви и секса.
Я перевожу взгляд.
– Только ты можешь быть романтичным и сексуальным одновременно.
– Я жду рождественские каникулы. – Он проводит рукой по лицу. – Знаешь, что нам надо попробовать?
– Мы не будем заниматься сексом по телефону, забудь об этом.
– Я должен был попытаться.
– Но если ты будешь вести себя хорошо, может случиться так, что я пришлю тебе сексуальную фотографию.
Он дарит мне хитрую улыбку, которую я так люблю.
– Ну, это справедливо.
– До Рождества еще неделя. Я прилипну к тебе, как жвачка. Ты ведь это знаешь?
– Тогда я люблю жвачку.
– Ты флиртуешь со мной?
Он закусывает нижнюю губу.
– Работает?
– Может быть.
Мы продолжаем говорить, и я смеюсь над его неудачными попытками флиртовать, у нас все хорошо, мы сильно скучаем друг по другу, но видимся хотя бы раз в месяц. Я не говорю, что это просто, но это терпимо, и мне кажется, что мы справимся с этим.
Когда наступают рождественские каникулы, я приезжаю домой, рассказываю маме, как проходят первые месяцы в университете, и готовлю горячий шоколад. Я поднимаюсь с двумя чашками в руках и, дойдя до своей комнаты, сажусь перед кроватью, поставив чашки рядом.
Вскоре я вижу Ареса в окне, бегу к нему, запрыгиваю на него и отчаянно целую, лишая его воздуха. Мои любимые губы отвечают мне с тем же отчаянием. Поцелуй страстный и на вкус как «я скучал по тебе». Наши губы двигаются вместе, как нам обоим нравится, в идеальной гармонии.
Когда мы перестаем целоваться, мы часто дышим, его красивые голубые глаза теряются в моих, я провожу пальцами по его лицу, запускаю в волосы и целую снова.
После поцелуев мы садимся перед кроватью, каждый с чашкой шоколада в руке. Начинается снегопад, на улице летают маленькие снежинки.
