Из моего окна полностью

Хватит, Ракель! Ты его изнасилуешь.

1… 2… 3.

Давай, самоконтроль, перезагружайся.

Мысленно давая пощечины своим гормонам, я убираю руку и вздыхаю. Это оказывается сложнее, чем я думала. Арес слишком сексуальный, даже во сне. Устраиваюсь поудобнее, опираясь на руку, чтобы наблюдать за ним, как настоящая преследовательница.

И тогда он открывает глаза, удивляя меня. Боже, какие у него глаза, дневной свет отражается в них, и вблизи я могу рассмотреть их глубину и красоту.

Замираю, ожидая его реакции. У Ареса были определенные сложности с тем, чтобы просыпаться вместе, и мы никогда не просыпались рядом друг с другом. Поэтому я готовлюсь к худшему.

Мама говорит, что пессимистам живется лучше, потому что они всегда готовы к худшему и, когда худшее не случается, радуются вдвойне. Я не соглашалась с ней, но сегодня могу сказать, что рассмотрю ее точку зрения. Я уже приготовилась к тому, что Арес начнет оправдываться. Он встает, сердце начинает биться быстрее.

И тогда идиот греческий бог делает то, чего я меньше всего ожидаю.

Улыбается.

Будто мало того, что он так красив, сонный, с торчащими в разные стороны волосами, и такой уязвимый, так этот дурачок еще и дарит мне такую искреннюю улыбку, что я чувствую, что меня вот-вот хватит удар.

Радуюсь вдвойне.

– Доброе утро, ведьма, – шепчет он мне, потягиваясь.

Я смотрю, как дура, как сгибаются мускулы его рук и груди.

Святая покровительница пресса, творец этого создания, сжалься надо мной.

Арес откидывает покрывало и встает; на нем только боксеры, и потому я вижу гораздо больше, чем нужно.

Он поворачивается ко мне, взъерошивая волосы.

– Могу воспользоваться туалетом?

Ты можешь воспользоваться мной, красавчик.

Ракель, соберись!

Киваю, и когда мои неугомонные глаза опускаются на его боксеры, замечаю, что у него стоит.

– Боже. – Я краснею и отвожу взгляд.

Арес смеется.

– Это утренний стояк, спокойно.

Сглатываю.

– Все в порядке.

– Почему ты покраснела?

– Ты серьезно? – Я смотрю на него, но не опускаю глаза.

Он пожимает плечами.

– Да, ты его уже видела, чувствовала внутри себя.

Я так часто сглатываю, что останусь без слюны.

– Арес, не начинай.

Он усмехается.

– Почему? Тебя возбуждает, когда я с тобой так разговариваю?

Да.

– Конечно нет, это просто… неприлично.

Его пальцы играют с поясом боксеров на талии.

– Неприлично? – Он облизывает нижнюю губу. – Неприлично то, что я хочу с тобой сделать, я соскучился по тому, как ты стонешь мое имя.

– Арес!

Он поднимает руки.

– Ладно, я в туалет.

Когда он уходит в ванную и закрывает дверь, я, наконец, могу дышать. Воспользовавшись ванной в коридоре и попытавшись привести в порядок тот кошмар, в который превратились мои волосы за ночь, возвращаюсь в свою комнату с сухой одеждой Ареса и вижу, что он сидит на моей кровати. Я отдаю ему одежду и стараюсь не смотреть, как он одевается, но, когда он надевает штаны, замечаю его задницу и прикусываю нижнюю губу.

– Мне нравится заставлять тебя краснеть, ты выглядишь хрупкой.

Я краснею еще больше.

– До сих пор удивляюсь, какой ты неуравновешенный.

– Неуравновешенный? Снова так меня называешь.

– Да.

– А можно узнать, что я сделал сегодня?

Я перечисляю по пальцам.

– Вчера вечером – романтичный. Сегодня утром – сексуальный, шутливый, а теперь – нежный.

Он смеется и садится на кровать, чтобы обуться.

– Понимаю, но ты сама виновата, из-за тебя я чувствую все сразу. Поэтому каждый раз реагирую по-разному, ты делаешь меня неуравновешенным.

Я поднимаю бровь, указывая на себя.

– Как всегда, я виновата.

Он обувается и встает.

– У тебя есть планы на сегодня?

– Нужно проверить мое расписание.

– Ну конечно.

– Правда, я очень занятая девушка.

Он идет ко мне, и я отступаю.

– Ну да?

– Да. – Он проводит рукой по моей спине и прижимает к себе, его запах окутывает меня. – Я не приму отказ: если ты скажешь мне нет, я соблазню тебя прямо здесь, и мы окажемся там. – Он показывает на кровать.

– Какая наглость. Ты слишком уверен в своих чарах.

– Нет, просто знаю, что ты хочешь меня так же сильно, как я тебя.

Я облизываю губы.

– Отпусти, у меня нет планов.

Он победно улыбается.

– Заеду вечером. – Он целует меня в лоб и разворачивается.

Вздыхаю, наблюдая за тем, как он исчезает в окне.

Свидание…

Романтический ужин, кино и прощальный поцелуй?

Классика, думаю, что это нормально для первого свидания. Так их показывают по телевизору и так о них рассказывает Дани, моя энциклопедия по свиданиям.

Поэтому я удивляюсь, когда Арес останавливает машину на больничной парковке. Я вижу, как он снимает ремень, и делаю то же самое.

В больнице?

Мое первое свидание будет в больнице, как романтично, греческий бог.

Замираю, наблюдая за тем, как Арес пытается мне что-то сказать. Он одет в черную рубашку, которая прекрасно смотрится с его черными растрепанными волосами. Мне нравится, как ему идет черный, белый, вообще все цвета. Он всегда прекрасно выглядит без особых усилий. Арес облизывает губы и поднимает на меня свои голубые глаза.