Но все-таки, какими бы прекрасными ни были улицы Менегрота, это совершенно не подготовило нолдор к виду королевского дворца. Макалаурэ едва не поморщился — чувство прекрасного было если не оскорблено, то поругано. Дворец владыки Дориата можно было описать одним словом — слишком. Слишком высокий — по сравнению с прочими строениями; слишком большой — ведь Менегрот не крепость, дворец не был рассчитан на осаду; слишком богатый; слишком резной… Будто изукрашенный клинок поместили между девичьими украшениями. И — как по опыту знал Маглор — такой клинок редко бывал полезен в бою.
Халдир нервно оглянулся и, дождавшись, когда вверенный ему отряд нолдор подойдет ближе, звучно произнес:
- Коней можете оставить, о них позаботятся. Во дворце короля Элу я прошу вас не шуметь; соблюдать тишину и покой; не совершать резких движений…
Эстемирэ вздохнул и тоже перешел на синдарин:
- Мы похожие правила в лазаретах соблюдаем.
Маглор раздраженно скосил взгляд на друга и негромко и быстро произнес на квэнья:
- Считай, что это и есть лазарет. Для скорбных разумом. И молчи, Эру ради, Эстемирэ…
Халдир дождался окончания диалога и, не дрогнув, добавил:
- И я прошу вас сдать оружие.
- Что?!
Воины из отряда Макалаурэ переглянулись и возмущенно-вопросительно уставились на своего лорда. Эстемирэ это тоже не понравилось:
- Послушай, синда, мы прибыли сюда, чтобы защищать нашего владыку…
- Вам не от кого его защищать, - парировал Халдир. - Никто не нападет на вас, не меряйте по себе. А если король Элу возжелает взять вас пленниками, то десять мечей не спасут вас от всего воинства Дориата.
- Не спорь, Эстиэ, - бросил Маглор, резким движением расстегивая пояс с мечом. - Надо выдержать, я Майтимо обещал.
- Кинжал я оставлю, - упрямо буркнул советник, разоружаясь.
- Зачем? - Халдир развернулся к нему. - Неужели ты хочешь поразить им короля? Ты не выйдешь отсюда живым и не спасешь своего владыку.
- Да чего они пуганые-то такие? - риторически вопросил советник у Маглора, а потом принялся втолковывать. - Кинжал — это не только предмет для убийства квэнди. Это вообще очень удобная вещь. Подцепить что-то, подрезать, заточить… Да что я тебе объясняю?
- И овощи для закуски нарезать, - хмыкнул Халдир. - Ладно, нолдо, оставь, раз уж он тебе так дорог. Плащом только прикрой и не раздевайся перед королем.
- Вот уж чего я делать точно не собирался, - фыркнул Эстемирэ и добавил, обращаясь к Маглору. - Я и так без меча себя будто голым чувствую.
Макалаурэ не сказал, что у него тоже с собой походный нож, но несколько успокоился. По крайней мере, этот синда вроде бы был довольно разумным.
- Мы готовы, - коротко обратился он к Халдиру, когда все его воины передали грозные мечи безмолвным стражникам, что уже успели заняться лошадьми.
Синда провел их под огромной аркой, что ознаменовывала собой вход во дворец короля, и направился куда-то по затейливо украшенному коридору. Макалаурэ придирчиво оценивал убранство и пришел к выводу, что здесь совсем недурно, но как-то уж очень по-ваниарски. Видно, оттого, что Море далеко.
До торжественного зала идти пришлось недолго, хоть путь и большей частью проходил по лестнице. Оказавшись в заветном Чертоге, Маглор снова закрутил головой. Тут было… интересно. Лепнина и резное дерево образовывали собой такие чудные узоры, что казалось, будто стоишь в заколдованном лесу — полупрозрачном, светлом… Зеленые витражи создавали искусную иллюзию тяжеловесных крон, а колонны казались оплетенными вьюном толстыми стволами деревьев. Именно здесь, в этом «лесном чертоге» и стоял на возвышении трон. Макалаурэ снова едва заметно поморщился.
Трон был достоин владыки Белерианда, но такого кричаще богатого седалища себе и Манвэ не позволял, хоть и был склонен к позерству и меланхолии.
Рядом с троном стояло небольшое кресло тонкой работы — видно, для королевы, которая вовсе не чувствовала себя владычицей Белерианда. Или просто обладала вкусом. Сейчас оно пустовало.
Король Элу Тингол, на которого Маглор последним обратил внимание, тоже оказался любопытным. Даже сидя он казался высоченным, а длинные его ноги как-то нескладно выглядывали из-под длинного светлого одеяния, украшенного серебряными узорами. Почти белые волосы были прижаты венцом, а на руках переливались яркими чистыми цветами тяжелые перстни — все разномастные. Зато лицо было приятным — высокий лоб, острые скулы, ясный и прямой взгляд…
На фоне великолепного короля Дориата Маглор невольно почувствовал себя как-то… бледно. Походное одеяние и пустота под рукой, где обычно был эфес меча, не добавляли уверенности, но зато почти одновременно с этим Макалаурэ ощутил жалость к этому недокалаквэнди. И яркое чувство свободы. На Вратах Маглора, несмотря на обилие творческих эльдар, не принято было так наряжаться даже ради приезда гостей и даже на празднествах.
Позади трона стояли какие-то синдар — очевидно, личная охрана короля, но на них Макалаурэ даже не посмотрел, широким шагом пересекая залу и вставая перед троном.
