– Умно, умно, – одобрил Рекрут. – Пусть будет Гуцул. По большому счету, это не имеет никакого значения. Я уже решил, как мы поступим с Графином и его кодлой.
– Как? – заинтересовался подельник.
Но Рекрут на его короткий вопрос не ответил. Свой план он еще не обсуждал даже с Резо. Мысль созрела всего час назад, и Рекрут не хотел торопить события. Сначала надо разобраться с первой партией приговоренных. Сравнение понравилось жигану, и он широко улыбнулся. Правда, в полумраке хитровских трущоб Солоух не мог видеть этой улыбки.
– Далеко еще? – Рекрут огляделся по сторонам.
Пока что на их пути не встретилось ни одного домика с освещенными окнами. Из темноты то и дело доносились подозрительные шорохи, но это с равным успехом могли быть как притаившиеся в засаде уркаганы, так и бродячие псы. Привалившись спиной к крыльцу одного из домов, спал бродяга. Или притворялся, что спал. Рекрут мазнул по нему взглядом и еще жестче стиснул пальцами рукоятку «нагана».
– Нет. Еще пару поворотов, и мы на месте. Я вчера был тут. Осматривался. Кстати, вон за той хибарой, – Солоух понизил голос до шепота и выставил перед собой грязный указательный палец, – должен стоять пацаненок. Это у старика навроде караула. Ну, насчет облав чекистских предупредить там, или чего еще... Оружия у оборванца нет. Мы его тихонько снимем, и дальше путь открыт. Точно такой же малец стоит с другой стороны. В Саповом проулке. Я предупредил Резо. Они со Шмелем эту проблему уладят.
Жиганы замедлили шаг. Рекрут прищурился и заметил в темноте тлеющий кончик папиросы. Пацан, о котором говорил Солоух, был на месте. Стоял и курил, поглядывая по сторонам.
Рекрут вжался спиной в стену и бесшумно двинулся вперед. Молча подал знак Солоуху, чтобы тот остался позади.
Пользоваться «наганом» было рискованно. Выстрелы будут слышны на малине. Рекрут вынул руку из кармана пальто и скользнул пальцами за отворот сапога. Осторожно выудил тонкий, как спичка, стилет. Паренек находился уже в двух метрах от крадущегося жигана. Рекрут слышал его рваное астматическое дыхание.
Докурив папиросу, пацан смял ее пальцами и небрежно бросил себе под ноги. Поглубже надвинул на глаза шапку. В ту же секунду Рекрут метнулся вперед, сдавил пальцами плечо караульного и ударил стилетом в шею. Чуть ниже основания черепа. Паренек даже не пикнул. Рекрут толкнул жертву вперед, и она упала лицом вниз. Жиган спрятал холодное оружие обратно в сапог.
Солоух вышел из темноты, и блеклый лунный свет слегка озарил его лицо.
– Теперь направо, – сказал он. – Видишь огни?
Рекрут видел. Перешагнув через распростертое тело убитого беспризорника, он решительно двинулся в заданном направлении. Достал «наган». На этот раз вступать в какие-либо переговоры с отдыхающими на малине уркаганами он не собирался...
До заветной двери оставалось не более десяти шагов, когда дорогу Рекруту и его спутнику преградили две темные фигуры. Палец готов был спустить курок, но в последнюю секунду казанский жиган узнал подошедших.
– Черт! Я мог пристрелить тебя, Резо, – зловещим шепотом произнес Рекрут. – Как с вашей стороны? Все чисто?
Грузин кивнул.
– Отлично. Сколько человек внутри?
– Предположительно – дюжина, – ответил Солоух. – Считая наших подсадных.
– И считая Гуцула?
– Да.
Рекрут быстро принял решение.
– Поддержка с улицы, я думаю, нам не понадобится. Да и все равно не успеют. Если только появится кто-то еще, – жиган выдержал паузу. – Теперь, что касается нас четверых. Заходим внутрь и сразу открываем огонь. Никаких разговоров. В старика, что держит малину, не стрелять. Мне он понадобится живым.
– А если у него ствол будет?
– Можно его ранить. Остальных валить, – веко Рекрута нервно дернулось, как это было всегда в минуты опасности. – Все, пошли.
Резо ударил ногой в дверь и первым шагнул в помещение. В нос ему ударили тошнотворные запахи потных тел и тухлой капусты. Грузин, не целясь, выстрелил в расположившегося на диванчике молодого уркагана со спутанными светлыми волосами. Запустив руку под юбку краснощекой девицы, тот вожделенно массировал ее аппетитные бедра. Девица вскрикнула, когда голова ее кавалера треснула и перемешанные с кровью мозги брызнули ей в лицо. Но крик этот был недолгим. Вторым выстрелом Резо прикончил маруху.
Из-за стола вскочили двое уркачей и стремительно выхватили оружие. Рекрут лихо уложил одного из них, всадив пулю в живот, а второго ударил ножом под ребра загримированный под слепого бродягу жиган, до этого мирно сидевший рядом на лавке.
