Из стали и соломы полностью

– Тогда прекрати строить догадки, – твердо посоветовала Шарлотта. – Нам достаточно волнений о завтрашнем дне. Мы разберемся с Шарис, когда переживем его.

Улыбка Уорта вышла почти искренней.

– Хорошо, – сказал он. – Но чтобы выжить, тебе придется как следует сосредоточиться.

Шарлотта кивнула. Она пальцами сжала руки Уорта, то ли чтобы утешить его, то ли чтобы придать уверенности самой себе, – наверняка сказать она не могла. Кардинал, Грандье и Монтень. Мысли о них мгновенно наполняли ее жаждой крови и чем-то первобытным. Она закусила губу и почувствовала, как металлический привкус растекся по языку, а затем сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться.

– Теперь дело не только в мести, – сказала она. – Ты можешь мне доверять.

– Хорошо, – кивнул Уорт. – Потому что если ты устроишь драку в тронном зале, выйти оттуда уже не сможешь.

Члены Ордена собрались в круг на кухне. Уорт замотал кости из склепов в ткань и сложил их в сумку, которую будет проще донести до дворца. Шарлотта и Уорт докажут кардиналу, что призраки внутри этих костей упокоены, а затем захоронят их в призрачном лесу.

Рене и Сен-Клер в третий раз проверяли обмундирование, разложенное по столу, пока Поль, прищурившись, наблюдал за своим юным напарником.

– Я все еще не хочу, чтобы Рене даже близко подходил к тронному залу, – сказал он Уорту.

– Если идешь ты, то идет и твой напарник, – отрезал тот, не отрывая взгляда от крепления, которое удерживало шест у него за спиной. – Можешь остаться здесь, если хочешь.

Поль шлепнул Уорта по рукам и сам затянул за него пряжку.

– Мне придется идти, потому что ты идиот, – проворчал Лавина, а затем понизил голос: – Твои напарники должны охранять твое сердце, чтобы оно не попало в чужие руки, и все же ты постоянно идешь на необоснованные риски, когда дело касается их.

Уорт улыбнулся Полю.

– Только не неси эту чепуху о том, что Стражи важнее людей, – сказал он. – Ты знаешь, как я всегда к этому относился. И мое мнение не изменилось.

– Это нечестно, – буркнул Поль, его раздражение просачивалось наружу, несмотря на попытки сохранять спокойствие. – Я очень внимательно отношусь к безопасности моих напарников. Но нас всего тринадцать, Ренье.

Уорт замер.

– И? – низким голосом протянул он.

Поль покачал головой и потер затылок.

– Позволь мне ответить на этот вопрос за тебя, старый друг, – мрачно произнес Уорт. – На самом деле ты хочешь сказать, что я должен послать Шарлотту во дворец одну, потому что она – расходный материал.

Шарлотта взглянула на Рене, но, казалось, этот разговор его ни капли не беспокоил.

– Они знают о риске, когда подписываются на это, – тихо ответил Поль. – Петрас не хотел бы, чтобы мы рисковали последними сердцами только потому, что тебе хочется унять свое чувство вины за гибель Джонаса. – Лавина повернулся к Шарлотте: – Мне жаль, но это правда.

Она кивнула, потому что понимала. Пусть Шарлотте не нравилась мысль о том, чтобы в одиночку войти во дворец, ее разрывало от осознания того, что в попытке обезопасить ее Уорт рисковал всем Орденом.

– Петраса здесь нет, – огрызнулся Уорт. – Ты либо с нами, либо нет.

Поль уклончиво что-то проворчал, но потянулся за своим плащом.

Шарлотта затянула ремень поверх темно-синей церемониальной мантии. Она предстанет перед кардиналом безоружной – не как член Ордена и страж короны, а как женщина, обладающая навыком упокоевать мертвецов. И должна выглядеть соответствующе. А еще Шарлотта надеялась, что привычная тяжесть ткани поможет ей сохранять спокойствие.

Марта суетилась на кухне, наполняя свою сумку лекарствами и складывая грязные тарелки в раковину. Она до вечера останется в тайном доме. Шарлотта встала между невесткой и очередной грязной чашкой, заставив Марту встретиться с ней взглядом, и заключила ее в объятия, лицом уткнувшись в плечо.

– Если мы не вернемся к вечеру, найди бабушку, и отправляйтесь в безопасное место, – сказала Шарлотта.

– Ты это уже в шестой раз повторяешь, – напомнила Марта, криво улыбнувшись. – Будь осторожна.

Они в последний раз взглянули друг на друга. Марта вскинула подбородок, и в этом жесте сквозила такая сила духа, что Шарлотта невольно улыбнулась.

– Скоро увидимся, – сказала она.

Поль схватил Уорта за плечо, развернул лицом к себе и нагнулся, чтобы взглянуть в аметистовые глаза товарища. Они стояли настолько близко, что его заплетенная в косу борода почти касалась груди Пастора.

– Что бы ни произошло в тронном зале, кардинал не должна получить твое сердце, – сказал Поль.

Уорт стиснул челюсти, но кивнул. Поль обхватил шею Пастора и лбом прижался к его лбу.

– С нами все будет в порядке, Поль.

Шарлотта никогда прежде не слышала, чтобы голос Уорта звучал так мягко.

Лавина кивнул, словно пытаясь убедить себя в этом, а затем они вчетвером направились в катакомбы.