– Сэнд, это существо становится сильнее, – пробормотал он. – Мне кажется, упокоение выглядит как-то не так.
Она не обратила на него внимания и сделала то, чему ее учили. Она ждала.
А затем в ее сознание один за другим хлынули образы.
Глаза Шарлотты защипало от слез, но она глубоко вдохнула, сражаясь со смятением призрака, которое прорывалось наружу. Под ним Шарлотта ощутила другую эмоцию, название которой дать не смогла. Она в мольбе потянулась к призраку, пытаясь уговорить его доверить ей свою правду. После целой минуты, проведенной в тишине и неподвижности, призрак сдался. Шарлотта ощутила непреодолимую жажду мести, которая переплеталась с глубокой преданностью.
От шрамов, которые навсегда запечатлелись в памяти Шарлотты в день смерти ее брата. Она ахнула, и призрак отшатнулся от громкого звука.
– Нет, – прошептала она.
Он не мог уйти. Слишком рано. Ей нужно узнать наверняка. Шарлотта сделала шаг навстречу, но, прежде чем она сумела вновь потянуться к призраку, тот исчез.
– Отличная работа, Сэнд, – выдавил принц. – Ты его прогнала. Тебе хотя бы удалось узнать, кто его прислал?
Руки Шарлотты задрожали.
– Я думаю, это лейтенант Грандье, – сказала она трясущимся голосом.
Получается, реакция Грандье на появление призрака в тронном зале была всего лишь представлением? Или же у него плохо получалось блокировать влияние тех призраков, которые ему не подчинялись?
Артюс рассмеялся, но, когда Шарлотта пошатнулась и опустилась на край слишком мягкого кресла, выражение его лица стало серьезным.
– Ты не шутишь, – произнес он.
Шарлотта покачала головой:
– Я знаю, что видела.
Принц потер рукой лицо, затем изощренно выругался, его взгляд был прикован к серебряному подносу, стоявшему на кофейном столике. Мысли Шарлотты путались, пока она пыталась разобраться в том, что показал ей призрак. Кардинал, очевидно, хотела падения Ордена. Принца преследовал заклинатель – и это делало ситуацию еще сложнее и опаснее. Но если две проблемы были одной – если кардинал хотела избавиться от Ордена, потому что
– Кардинал хочет получить трон.
Шарлотта встретилась взглядом с Артюсом.
– Тогда почему бы ей просто не убить меня? – спросил тот. – Зачем меня мучить?
– Ей нужно, чтобы народ оставался на ее стороне, – сказала Шарлотта. – Она хочет, чтобы ее считали великодушной правительницей, а не завоевательницей. Если ты умрешь, к кому перейдет право на престол?
– У меня нет наследника. Совет выберет нового правителя после тщательного расследования моей смерти.
– Что не пойдет Лоррен на пользу, если ее заговор будет раскрыт, – сказала Шарлотта. Она подалась навстречу Артюсу, упершись локтями в колени. – А если тебя объявят недееспособным, пока она все еще является регентом? Совет так же должен будет выбрать нового правителя?
– Да, – протянул Артюс, когда его накрыло понимание. – Но если расследования не будет, общество поддержит ее кандидатуру.
Артюс рухнул на кушетку и рассмеялся. Звук резал слух, словно кто-то ножом проводил по стеклу. Безумный блеск в глазах принца заставил Шарлотту запаниковать. Но когда Артюс вновь встретился с ней взглядом, его глаза были ясными.
– Я всегда был всего лишь марионеткой, – заявил он. Шарлотта хотела возразить, но принц ее остановил. – Тебе никто не поверит.
– Никто, – эхом отозвалась Шарлотта.
У Ордена кончалось время.
Не сводя с Шарлотты глаз невероятного зеленого цвета, Артюс потянулся и снял крышку с подноса. L’Apaisement. Жажда исказила лицо юноши, его руки тряслись, когда он потянулся к жидкости. Принц нуждался в этом средстве не для того, чтобы забыть о прошлом или сделать настоящее чуть более сносным. Фиала с голубой жидкостью требовалась Артюсу, потому что без нее он рассыпается на осколки. Жалость к нему разбивала сердце Шарлотты.
– Ты считаешь меня недостойным, – сказал Артюс.
Шарлотта попыталась скрыть свои чувства, но это всегда давалось ей сложнее, чем выпускать их наружу. Особенно после того, как она встретилась со столькими призраками за последние сутки. Изнеможение поселилось глубоко в ее костях.
Принц улыбнулся:
– Не беспокойся. Большинство людей придерживается того же мнения.
– Я никогда не считала вас недостойным, ваше высочество, – сказала Шарлотта и слабо улыбнулась.
Она откинулась головой на спинку стула. Монтень может прийти за ней в любое мгновение, и смерть Грандье станет столь же недостижима, как в день гибели ее брата.
