Когда кардинал обмякла, Шарлотта опустила ее на землю и поднялась на ноги, тяжело дыша. Грудь женщины мерно вздымалась и опадала. Шарлотта глубоко вздохнула, дожидаясь, когда успокоятся призраки, освобожденные из хватки кардинала. Вопль пронзил воздух:
– СЭНД, ОСТАНОВИСЬ!
Капитан Монтень бросился к ней, ярость исказила его черты, когда он потянулся к своим ножам и снова крикнул:
– ОСТАНОВИТЕ ЕЕ СЕЙЧАС ЖЕ!
Вой сотряс дворцовые окна, и на другом краю площади Пастор в агонии упал на колени. Тени удлинились, а солдаты застыли на месте. Температура резко понизилась, и холод снежным морозцем поцеловал щеки Шарлотты. Дрожь пробежала по ее позвоночнику, и ее барабанные перепонки сдавило настолько сильно, что она испугалась, как бы они не порвались.
А затем, пока кардинал без сознания лежала в ногах Шарлотты, призраки поднялись, словно из самих камней. Они нависли над членами гвардии и Ордена, не различая, кто им друг, а кто – враг. Маслянистые и черные, словно деготь, духи атаковали людей клыками и когтями. Шарлотта никогда не видела ничего подобного даже во время самых сложных упокоений. Призраки не могли коснуться людей, но от каждого их выпада солдаты валились на землю, хватаясь за головы. Крики наполнили воздух.
Шарлотта встретилась взглядом с Люком де Монтенем, гадая, отражает ли ужас в ее глазах ярость и решимость, застывшие в его взгляде. Он должен был стоять, согнувшись вдвое, и блевать от близости тьмы, но капитан смотрел лишь на кардинала, которая лежала у ног Шарлотты.
И тогда Шарлотта поняла. Кардинал действительно была заклинательницей, но под ее контролем находились всего одна или две монахини. У женщины при себе не было достаточно костей, чтобы управлять этой волной тьмы.
Где-то на площади был еще один заклинатель.
Пока Монтень и Уорт одновременно силой прокладывали себе путь сквозь толпу к Шарлотте, она заметила Поля и Рене. Те сражались с гвардейцами рядом с пробоиной в стене, открывавшей им путь в Пуант-дю-Претр. Сен-Клер нигде не было видно.
Шарлотта должна добраться до Уорта, и им всем нужно бежать отсюда как можно скорее.
Люк чувствовал себя опустошенным, пытаясь восстановить мысленные стены, которые защищали его от призраков. Он видел, как Сэнд уронила кардинала на землю, и теперь каждая капля тьмы, которую он с самого детства так старательно держал на расстоянии, грозила полностью его поглотить. Он знал, что от Сэнд нужно ждать одни неприятности. Знал, что ее близость представляла угрозу – угрозу его клятвам по меньшей мере. Но она оказалась гораздо опаснее, чем он только мог себе представить.
Сэнд хотела, чтобы он поверил, будто заклинатель находится во дворце. Но когда кардинал пала, а Шарлотта Сэнд поднялась над ее обмякшим телом, тьма сгустилась над площадью. Люк не хотел верить, что девочка, которая когда-то полнилась светом, теперь стала заклинательницей костей. Но если она поддалась тьме, Люк не станет ее арестовывать.
Он ее
Гвардейцы сбились в кучу в жалкой попытке отыскать безопасное место, когда призраки наводнили площадь. Люк бросился в толпу, раны, оставленные Лоррен, взорвались болью, когда он приземлился на брусчатку. Он пробирался туда, где в последний раз видел Пастора и Сэнд, но они быстро затерялись в хаосе. Его солдаты были испуганы и неорганизованны, и Люк пытался отыскать хоть кого-то, кто сможет следовать его приказам в неразберихе. К счастью, Шарп увернулась от группы призраков и подбежала к Люку. Ее рыжие волосы намокли от пота и липли ко лбу.
– С кардиналом все будет в порядке, – отчиталась она. – Ее несут в покои.
Решимость пришла на смену облегчению, когда Люк заметил в прорехе между призраками проблеск каштаново-золотых волос Сэнд. Он открыл рот, чтобы заговорить, но воздух содрогнулся от нового взрыва.
– Вот дерьмо! – крикнула Шарп, и они одновременно прикрыли головы, когда стена вдоль Олд-Пуанта обвалилась.
У Люка в ушах зазвенело. Дым рассеялся, а пыль осела на землю, открыв взгляду дыру в стене, через которую могли бы проскакать три лошади. Эта прореха была зеркальным отражением той, что зияла в стене Пуант-дю-Претр. Лейтенант Кормак появился на вершине стены и что-то закричал. Если члены Ордена проскользнут в любую из этих прорех, Люку их никогда не поймать. Он притянул Шарп ближе и прокричал приказ:
– Собери наших солдат! Выбери тех, кто еще сохранил разум, и вели им помочь Кормаку перекрыть пробоины в стенах! Никто не покинет площадь! Потом отнесите во дворец тех, кто выбыл из строя!
– Есть, сэр, – ответила Шарп, но в ее глазах клубились сотни вопросов.
– Не волнуйтесь, лейтенант, – сказал Люк, растянув губы в диком оскале. – Я с этим покончу.
