Из стали и соломы полностью

Лоррен коснулась своей левой сережки, и воздух вокруг задрожал. В отличие от того украшения, которое она дала Шарлотте, – сережки с гранатом, обрамленным золотом, – драгоценный камень в ухе кардинала был вставлен в материал, подозрительно сильно напоминавший кость.

Шарлотта лихорадочно обшаривала взглядом площадь, пытаясь отыскать Уорта, но того нигде не было видно. На месте его привычной силы поселилась глубокая усталость, грозящая поглотить ее. Поэтому, вместо того чтобы мысленно потянуться к своему Стражу, Шарлотта оттолкнула их связь прочь. С этим ей придется справиться самой.

Лоррен преодолела разделявшее их расстояние, вскинув кулаки. Шарлотта увернулась от первого удара, попыталась совершить контратаку, но удар кардинала пришелся ей в подбородок.

Челюсть взорвалась болью, когда голова Шарлотты дернулась назад, а зубы клацнули. Она попятилась, и Лоррен ударила левой рукой ей по почке, отчего Шарлотта сложилась вдвое, хватая ртом воздух.

Во имя Старого Бога, Шарлотта не могла дышать. Ей нужно сосредоточиться, иначе она проиграет этой женщине. Женщине, чей приказ запустил цепочку событий, которая привела к смерти ее брата. Женщине, которая казнила Петраса, женщине, которая изо всех сил старалась убить Рене и Сен-Клер, женщине, которая, без всяких сомнений, воткнет Шарлотте нож между ребер, как только представится такая возможность.

Шарлотта проглотила боль в боку и выпрямилась. Она чувствовала себя той маленькой идиоткой, которая сражалась с Сен-Клер в тренировочном зале, а вовсе не девушкой, связанной магическими узами с одним из самых сильных воинов в истории Ниво. Она сплюнула кровь на брусчатку и устремила взгляд на кардинала – та продолжала наворачивать круги. Шарлотте нужен всего один шанс. Ей нужно оружие.

Кардинал закричала и замахнулась, целясь в лицо Шарлотты, но это движение лишило ее равновесия. Шарлотта пнула ее под колено, отчего то подогнулось. Лоррен опустилась на корточки, обернулась и потянулась к ноге Шарлотты. Они сцепились, ногами запутавшись в длинном подоле рясы кардинала. Шарлотта не могла подогнуть под себя ноги – не могла поймать равновесие. Ей нужно забраться в голову противницы.

– Ты натравила призраков на Артюса, – сказала она, пытаясь отыскать опору. – Аббатство Святого Стюарда. Призраки, которые держали в страхе столицу, – это души монахинь.

Руки кардинала сомкнулись на ее шее. Женщина подалась ближе, ее дыхание опалило щеку Шарлотты.

– Да, дорогая, – прошептала Лоррен. – Я создала их.

Лоррен всем своим весом придавила Шарлотту, не давая той сдвинуться с места.

– Я была ребенком, – прошипела она. – Беженкой из Бруйяра. Эти женщины приняли меня, но обращались со мной так, словно видели во мне воплощение тьмы, потому что я могла слышать мертвецов. Они вновь и вновь повторяли, что их боги никогда не смогут отмыть мои грехи. Поэтому я стала тьмой, которую они так боялись.

От слов кардинала у Шарлотты помутилось в голове: все-таки один человек выжил во время бойни в аббатстве Святого Стюарда – убийца, которая только что призналась в своем деянии. Горло Шарлотты горело, но она сумела выдавить одно-единственное слово:

– Грандье?

Лоррен улыбнулась.

– Случайный мужчина, который наткнулся на маленькую окровавленную девочку, окруженную призраками. Именно тогда я решила, что если эти старухи могут использовать своих богов, чтобы заставить испуганного ребенка чувствовать себя ничтожеством, я могу воспользоваться их собственными костями, чтобы показать, насколько они ошибаются.

Лоррен крепче сдавила шею Шарлотты. Воздуха не хватало, Шарлотта запаниковала и попыталась оторвать пальцы кардинала от своего горла. Противницы оказались слишком близко, чтобы Шарлотта смогла достаточно сильно пнуть Лоррен. Ее легкие горели огнем, и тьма наконец накрыла ее с головой.

Ей не хватало воздуха. Холод потек по венам Шарлотты, и нарастающий страх открыл перед ней новый путь. У нее не было собственных сил, и Уорт находился далеко, но если она пойдет этим путем, то сможет опереться на что-то иное.

Она сможет использовать это как темное продолжение себя.

Что-то изменилось во взгляде кардинала.

– Вот она, – прошептала женщина. – Тьма. Тебе нравится думать, что ты с ней сражаешься… ты считаешь, будто была создана, чтобы обрекать чудовищ в бегство.

Лоррен Непорочная сильнее сдавила ее горло, и Шарлотта почувствовала, как что-то внутри нее начало поддаваться.

– Позволь поделиться с тобой секретом, Сэнд, – сказала кардинал. – Сражаться с чудовищами – безнадежное занятие. Тебе будет куда лучше, если станешь одним из них.

Улыбка исчезла с лица кардинала, и она выдавила сквозь крепко стиснутые зубы:

– Сдайся. Или умри сражаясь.

Ярость исказила черты лица кардинала, и Шарлотта наконец поняла, чему Уорт пытался ее научить – и на что ей указывал сам капитан Монтень. Кардинал хотела причинить Шарлотте боль, вселить в нее страх… и эта слепая ненависть делала Лоррен глупой. Она была так сосредоточена на лице Шарлотты, что даже не почувствовала, как та просунула руку между их телами.