Из стали и соломы полностью

– А это значит, все сердца, кроме ваших, – Шарлотта обвела взглядом двух Стражей, – могут быть у кардинала.

– Сердце Шарис у меня, – бросила Сен-Клер.

Женщина не приближалась, но и не ушла – она вычищала грязь из-под ногтей маленьким ножичком.

– Нам нужна информация, – сказал Уорт. – Нужно узнать, сколько сердец собрала кардинал.

– И что именно Петрас хотел от нас, – сухо добавил Поль. – Он созвал нас, Ренье, нарушив прямой приказ короны. Вряд ли он хотел пригласить нас на чай.

Шарлотта удивилась, когда Поль обратился к Уорту по имени. Даже ее отец никогда не называл так напарника. Шарлотта видела, что ее Страж тщательно обдумывает ситуацию. Если капитан Петрас мертв, кардинал наверняка уже прибрала к рукам сердце его Стража. Сердца Поля, Уорта и Шарис здесь, а значит, оставалось еще девять.

Девять Стражей либо сбежали, либо оказались в руках кардинала.

Ракель Сен-Клер наконец отошла от алтаря и присоединилась к ним. Она поморщилась, ступив в едва различимое пятно света, который лился из ближайшего окна.

– «Бросьте вызов кардиналу и защищайте принца», – сказала она трескучим голосом. – Так говорилось в записке.

Рене оттолкнулся от стены и тоже подошел ближе.

– Звучит так, словно, бросив вызов кардиналу, мы защитим принца, – сказал он. – Но задача кардинала на посту регента ведь и заключается в том, чтобы Артюс и страна были в безопасности, пока принц не будет готов занять трон.

Шарлотта порылась в воспоминаниях о событиях прошлой недели. Смерть брата оставила дыру в ее душе – дыру, с которой ей однажды придется встретиться лицом к лицу, а не закладывать ее кирпичами. Но в данный момент смерть Уильяма стала маленькой деталью большой мозаики. Петраса обвинили в измене и казнили без суда, и, хотя в его послании мало деталей, звучало оно довольно однозначно.

– Петрас хотел, чтобы Стражи проснулись, – сказала она.

– И бодрствуем мы всегда лишь по одной причине, – добавил Уорт. – Чтобы защищать королевскую семью.

– Этот мальчишка подписал указ с повелением вырезать тебе сердце, – напомнила Сен-Клер.

Но Уорт не сдавался, упрямо стиснув челюсти.

– Нам никогда не было дано выбирать, кто наденет корону, Сен-Клер, – сказал он.

– Забавно, – отозвалась та. – Насколько я помню, именно это ты и сделал, когда той ночью пошел в шатер Артюса и оставил короля без защиты. Если я больше не нужна этому городу, то я и близко к нему не подойду. Иначе мы все окончим свои дни в петле.

Уорт шагнул ей навстречу, но Поль перехватил его руку. Сен-Клер отвернулась, чтобы взять свою рапиру и собрать другие пожитки.

– Думаю, хорошо, что ты здесь, Пастор, – сказала она. – Возможно, у тебя получится исправить то, что ты натворил.

– Если ты решила сбежать, то пойдешь одна, – ответил Уорт. – Я не позволю тебе забрать сердце Шарис сейчас, когда за ним охотится кардинал.

Сен-Клер наградила его злым взглядом, но Уорт продолжил:

– Пойдем с нами, Ракель. Возможно, я смогу помочь тебе разбудить Шарис.

– Как будто я подпущу тебя к ней.

– Заткнись, Сен-Клер, – оборвал ее Поль. – Можешь пойти с нами или сбежать, но решить ты должна сейчас. Последние слова Петраса были приказом. – Он хлопнул Уорта по спине, и лавандовый Страж пошатнулся от силы его удара. – Пора обратить чудовищ в бегство.

Уорт мрачно кивнул.

– Выдвигаемся, – сказал он. – Чем дольше мы остаемся здесь, тем больше вероятность, что нас найдут. Наше пробуждение само по себе восстание против короны, к тому же по меньшей мере один человек уже знает, где вас искать.

– Кто? – спросила Сен-Клер.

Рене провел рукой по усталому лицу.

– Трактирщик, – сказал он, смерив женщину невеселым взглядом. – Разве я тебе уже не говорил этого, chère[1]? Заводи друзей. Они куда более полезны, чем враги.

Сен-Клер фыркнула, затем протиснулась мимо них и вышла из часовни.

– Мы и правда отправляемся в Тютёр? – спросил Рене.

Шарлотте показалось, что он с куда большим удовольствием отправился бы исследовать двенадцать кругов преисподней Безмолвных Богов.

Уорт устремил взгляд в стену часовни, словно сквозь камень мог разглядеть столицу.

– Да, – сказал он. – Если мы хотим обратить чудовищ в бегство, сперва нам нужно их отыскать.

Солнце уже начинало клониться к закату, когда они впятером выехали из-под покрова деревьев и увидели столицу, расположившуюся в долине. Шарлотте нравилась река Буклье. Течение было бурным, вода потоком сбегала вниз по булыжникам, огибая Тютёр и скрываясь в гуще призрачного леса на западе.

Поль и Рене поравнялись с Уортом и Шарлоттой, а Сен-Клер держалась позади, копаясь в одной из своих седельных сумок. Уорт, прищурившись, наблюдал за потоком людей на дорогах, каждая из которых вела к разным воротам городских стен.

– Мы разделимся, – решил он. – Так нам будет легче оставаться незамеченными.

Поль и Рене кивнули, а Сен-Клер приложилась к горлышку бурдюка с вином.

– Мы с Шарлоттой пойдем на запад и въедем в Тютёр со стороны призрачного леса, – продолжил Пастор. – Встретимся в Пуант-де-Жют.