Впрочем, можно было ещё долго с открытым от удивления ртом смотреть на застывший в безвременье город, но мужчина поспешил снова обратиться к духу, пока его время не истекло, ведь потоки энергии вокруг всё убыстрялись и вновь приобретали форму.
— Как я могу освободить свои воспоминания?
— Сейчас — никак. Эта магии тебе неизвестна.
Потоки энергии оказались совсем рядом. Отделившись от общей массы жгутами, они потянулись к духу.
— Она… — пытался впопыхах сновидец угадать, потому что не знал, как правильно вывести духа на ответ, — древнее той, которой владею я?
— Да.
Туман коснулся существа Тени, и его свечение начало постепенно затухать.
— Древнетевинтерское? Ещё до образования Империи? — из-за спешки ему пришлось окончательно перейти к допросу.
— Нет.
Дух скривился от боли, поник.
— Древнеэльфийское?
— Да.
Опять от таких ответов получив лишь ещё больше вопросов, Безумец очень хотел задать их все. Однако отведённое время прошло.
— Нет, всё возвращается. Я не хочу. Мне страшно. Пожалуйста, не позволь мне вернуться, — взмолился дух и посмотрел на магистра. Из-за слабости он даже не мог пошевелиться и был вынужден лишь покорно впитывать искажённую магию.
Улыбка на лице мужчины стала печальной. Ему бы не хотелось терять только-только возвращённую связь с прошлым миром, но он понимал, что паника духа обоснована. Состраданию уже не вернуться в былое своё состояние. Его суть веками подвергалась настолько сильному осквернению, что вот этот тусклый огонёк — единственное, что осталось от некогда полноценной сущности. И вскоре демон возьмёт вновь верх.
Разумеется, Безумец не мог позволить этому случиться.
Магистр подошёл к духу совсем близко. Как он и думал, его аура окажет разрушительное воздействие на ослабшее существо Тени.
— Я же говорил тебе: не связывайся с опасными магами, — произнёс хромой маг. Не то, что бы он скорбел или печалился, но ему всё равно было жаль видеть угасание очередного проявления бескорыстной доброты, которое реальный мир растерзал.
В отличие от возможности обернуться искажённой сущностью, свою неизбежную кончину дух воспринял с радостью. С его смертью это место, и без того пострадавшее от присутствия сновидцев, начнёт разрушаться полностью, возвращаться обратно в бессмыслие Тени, что гарантирует, что древний демон уже не вернётся.
— Я не сожалею, — спокойно ответил Сострадание, поскольку всегда действовал согласно своей природе. Но когда от его тела остался лишь полупрозрачный силуэт, дух потянулся и коснулся руки мага. Даже облик его сменился на тот, в котором он всегда приходил к сновидцу: теперь за сиянием виднелся образ девушки с кудрявыми непослушными волосами. Но магистр прикосновения даже полноценно не почувствовал — только незримое касание, будто бы от дуновения ветерка. — Лишь сожалею, что не помог тебе…
Как багровый закат и предвещал, сегодняшняя ночь вышла ясной, тихой и безоблачной, лишь холодный свет луны озарял округу. В такую погоду свет от костра на острове посреди большого озера будет виден с берегов. Кто-нибудь из жителей ближайшей деревни его точно заметит, задастся вопросом, кто это решил обосноваться в заброшенном проклятом магией месте. Однако сегодня заметность разведённого ею костра Лелиану не заботила.
Сейчас наступила уже глубокая ночь, поэтому огонь костра стал не только источником лишнего света, но и тепла. Но даже такое тепло не сразу принесло сновидцу покоя.
Пробуждение подарило Лелиане неприятную тяжесть, а от погружения в бездну нереальности, особенно непривычную для сопорати, мурашки так и бежали по коже, однако она довольно-таки быстро пришла в себя. Отбросив лишнюю эмоциональность, Канцлер сдержанно вздохнула, признала, что задумка сновидцев увенчалась успехом, значит, теневые приключения подошли к концу. А затем женщина твердо решила, что обсудить произошедшее не помешает, но для начала обязательно нужно спустится вниз, покинуть башню и вздохнуть холодный чистый ночной воздух, без всей этой примеси магии, крови и пыли.
А вот Безумец не был так решителен. С самого пробуждения ото сна, который рисковал стать для него смертельным, главный герой сегодняшней битвы с древним демоном был молчалив, задумчив, можно сказать, даже потерян. Лелиана не могла сказать: замечал ли он вообще окружение или её, но правильно решила не лезть заранее с вопросами или насильно приводить его в чувства, надумав что-то лишнее и опасное о его состоянии. Она видела, через что прошёл магистр, и понимала, что ему просто нужно дать время и тишину, чтобы упокоить личные раны прошлого, так бесчестно вскрытые демоном.
