Об истинном месте пребывания Ланса после путешествия по Черноморью было известно всего лишь двум людям во дворце – погибшему государю и его советнику Элбету, поэтому престарелый колдун не стал разуверять релийца в оправданном беспокойстве.
- Я могу заверить вас лишь в том, что я уже отослал для графа печальные известия, - ответил Элбет.
- Вы как всегда поступили очень верно, граф. Но смею предложить наиболее достойное решение для случая, если наследник государя все-таки задержится в пути, - д'Орхе не собирался уступать в своей настойчивости. – А это, к сожалению, может случиться, ведь лишь нашему государю были подвластны волны и ветер в пути по морю, чего отныне мы навеки лишены, кроме некоторых… - он бросил подозрительный взгляд на прямую фигуру колдуна. – Господа заседатели, предлагаю принять решение о том, что на время отсутствия государя, его обязанности, выполнение которых народ с нетерпением ожидает, должен будет исполнять регент, то есть ближайшее приближенное к государю лицо.
- Я готов сию же минуту записать и подтвердить ваши решения, судари, - важно проговорил Клод Шинье, хотя его голос все еще дрожал от волнения, находясь в столь значимый для всей морийской державы момент среди тех, кто определял её будущую судьбу.
Предложение релийского графа было поддержано, и даже Элбет нашел в нем крохи разумности – ведь назначение регента для колдуна не принесло бы особых затруднений, тем более рядом находилась достойная для этого кандидатура Мориса Росси, настоящего родственника принца-наследника Ланса, будущего государя морийского.
Каждый день граф Элбет ожидал вестей из порта. Суда, заходившие в столицу с северных вод, должны были привезти того, чью голову омоет глава видориев Морий, который покидал свои палаты лишь в таких торжественных случаях, как восшествие нового государя на престол. Однако среди многочисленных дворян и прочих морян, спешивших в столицу на зимние праздники, на пристань не сошла нога принца-наследника, и колдуну по-прежнему приходилось отрицательно кивать головой на ироничные вопросы графа д'Орхе о том, есть ли известия от его молодого родича де Терро. К тому же за неделю до самой длинной ночи в Алмааг пожаловал другой де Терро, граф Рионде. Он прибыл вместе с молодой женой, вновь носившей под грудью дитя, и тут же заявился во дворец заверить графа ла Ронэт, ставшего на время правителем острова, в своих искренних дружеских намерениях и стремлениях к процветанию всего морийского народа. Элбет не мог отказать Рину и его семье в богатых апартаментах при дворе, о которых, правда, уже успел распорядиться релийский выскочка д'Орхе, за последние дни возомнивший себя полным хозяином среди роскошных просторных залов великолепного строения алмаагских зодчих, что испокон лет занимали морийские государи. Младшего брата Оквинде де Терро Элбет увидел впервые, и хотя на внешний вид с возрастом релийский граф все более походил на своего отца и брата, его лицо было слишком добрым, а голос мягким для того, чтобы взвалить на плечи управление огромными просторами государства. Но его тесть, видимо, не сомневался, что Рионде это крайне необходимо, тем более под его надежной опекой и присмотром.
Однако вести с севера все-таки пришли, пусть и случилось это за пару дней до назначенного совета глав всех морийских стран, многие из которых уже вступили в столицу, окруженные богатой свитой или всего лишь верными помощниками. Придворные слуги суетливо носились по коридорам в заботах, а многочисленные гости, заполонившие галереи, террасы, лестницы и залы дворца, обменивались краткими, но порой очень важными фразами о предстоявшем событии в истории Мории.
На верхней площадке, прикрытой от непогоды прозрачным толстым стеклом, сооруженной не без чародейства графа ла Ронэт более сотни лет назад, располагалась голубятня, куда прилетали самые последние известия с материка от верных осведомителей алмаагца. Элбет отцепил от маленькой лапки прибывшей птицы, стучавшейся в приоткрытое окно, небольшой бумажный свиток, которому были не страшны ни дождь, ни снег, так как он был надежно защищен чарами колдунов, из чьих краев был отослан. Не задерживаясь в светлом помещении, в котором он нередко наблюдал по ночам звездное небо, советник поспешил спуститься по запутанным узким ходам каменной башни, выстроенной в форме пирамиды, в основании которой проходили ритуалы омовения и служения видиев богу Море. Оказавшись внизу, колдун прошел мимо глубоких бассейнов, заполненных чистой подогретой водой. Помещения были почти пустынны в столь ранний час, однако до слуха графа долетели голоса из-за толстой ширмы, разделявшей мужские купальни от женских. Элбет поспешил к выходу, но вскоре понял, что его догоняли быстрые легкие шаги, и старец все-таки оборотился.
