— Я слушаю советы только от жены, — спокойно ответил суровый многодетный отец. — Вряд ли мне когда-нибудь пригодится посторонняя помощь.
Тёма всё равно продолжил:
— Ладно, тогда просто спрошу. Почему ты заставляешь сына заниматься нелюбимым делом? Он от природы музыкант, а ты лепишь из него аэротехника какого-то. Он поэтому и работу найти не может теперь; спорим, даже не ищет!
В глазах Хассан на долю секунды блеснула задорная искра — это он про себя подивился наивности друзей, которые до сих пор считали Элайджу с Денисом студентами-техниками.
— Знаю, понимаю, — серьёзно кивнул Дамир. — Но талант и работа — вещи разные. Моему сыну в любом случае пригодится высшее образование и полученные знания. Это навык самой жизни. Как это может помешать? Я передаю детям всё, что знаю. Если после получения диплома мой сын примет решение заниматься музыкой, я его одобрю. Но не сейчас, не в юности, пока есть возможность учиться и развиваться во всех возможных сферах. Пока что его обязанности — накапливать жизненный опыт. Взглянул бы ты на свою дочь, Артемий. Она-то у тебя прирождённый артист.
— Когда ты успел прийти к сему заключению? — изумился Кравченко.
— Делаю вывод исключительно на основе её природных данных. Она спину держит, как танцовщица. Голос бойкий, громкий. В глазах — страсть, в сердце — спокойствие. Харизма! А ты делаешь из неё филолога, хотя зазубривание скороговорок с камнями во рту и прописывание палочек и крючочков в тетрадях ей интересно не больше, чем стоять в очереди в почтовом отделении. Она вряд ли понимает, зачем тратит столько времени и сил, чтобы учить наизусть твои романы.
— Позволь возразить! — вскрикнул Тёма. — Ренате нужна грамотная речь для развития. Так она познаёт мир. Я её так говорить научил! Это совсем другое. Ведь книги всегда на пользу.
— Правильно, — сказал Дамир. — Ты даёшь дочери то, что сам знаешь. Как и я. Потом дети вырастут и поймут, их это путь или нет. Не учи Ренату быть русистом, она не твоя копия. Я не учу моего ребёнка быть собой, я лишь даю ему возможность пройти по похожему пути. Я по образованию не инженер, не лётчик-испытатель. Первое — филологическое, арабский язык и литература. Второе — русский язык как иностранный. Ты ведь тоже филолог, только в сфере журналистики. Для тебя книги — хобби. И для твоей дочери это ремесло необязательно осваивать как профессионалу, пусть читает и учит в своё удовольствие. А потом уже она выберет свой путь. Например, танцы.
— Не могу не согласиться, — закивал Александр Чипиров и улыбнулся сыну с дочкой.
— Ты назвал познание литературы ремеслом? — вспыхнул Артемий и, пока не забыл, переключился сразу на Сашу: — А ты из своих будешь священников лепить?
— Давайте оставим этот разговор, — настоял Дамир и выставил вперёд ладонь, умолявшую прекратить бессмысленный диалог; если бы у него был свисток, как у судьи на футбольном поле, он бы без сомнения остановил игру именно таким способом.
Артемий с готовностью сменил тон разговора с серьёзного на свой любимый и стал кривляться.
— Эх, а тема-то интересная! — с досадой воскликнул он, так, чтобы все в комнате имели удовольствие слышать. — Вон, даже Тая заслушалась, гляди.
Тейзис, внезапно очнувшись и не зная, куда себя деть, немедленно создала видимость работы: начала шелестеть пыльными бумагами, вынутыми из письменного стола.
— Конечно, дорогая, и тебя с наступающим! Целую, целую, крепко обнимаю, родителям огромный привет! — Ольга подошла к Дамиру, повесила трубку и протянула мужу телефон. — Анька Ангарская звонила, в гости зазывала. Надо бы к ним зайти на Рождество.
Тёма, заинтересованный, решил спросить:
— Они вам кем приходятся? Только о них и болтаете.
— Соседи, — Ольга устало закатила глаза. — Точнее папины бывшие деловые партнёры. Лучше держаться к ним ближе, чтобы через них мой отец чётко уловил сообщение, что мы и без него сумели добиться успеха. Долго объяснять.
— Я бы не стал любезничать с людьми, которых на дух не выносишь, какие бы деньги это ни принесло, — пробубнил Тёма.
— Вообще-то они приятные и добрые люди, — вступился вовремя подоспевший Элайджа Хассан и серьёзно заметил: — Дядя Гоша — полковник. Такие друзья всегда нужны. Петя Ангарский был однокурсником Дениса. А Коля служил в Чечне. Тоже выгодное знакомство. Анечка у них настоящее сокровище, с Таей вместе учится. От неё пользы пока мало, зато она хороший друг. Вы не верите в пользу дружбы, Артемий Викторович?
— Правильно, дорогой мой, — подхватила Ольга Андреевна и стала оправдываться. — Как с такими людьми не дружить? Дядя Гоша не просто полковник — он наш почтовый голубь, который сообщает моему папе, какие мы с Дамиром богатые, здоровые, какие у нас дети умные и насколько мы счастливы без его надзора. Давайте уже за стол сядем; мы здесь не для того, чтобы соседей обсуждать.
