/* Звания офицеров имперской армии.
1 Второй/младший лейтенант; 2 Первый/старший лейтенант; 3 Капитан; 4 Майор; 5 Подполковник; 6 Полковник; 7 Бригадный генерал; 8 Генерал-майор; 9 Генерал-лейтенант; 10 Генерал; 11 Генерал армии; 12 Высший генерал; 13 Генералиссимус. Стоун находится в звании генерал-лейтенанта./
Чего уж там, точно не видать! И так шавки Кокэя, этого прыща на толстой заднице Онеста, приходили, чтобы попытаться его — ЕГО! — отстранить.
Выхлебав кружку любимого напитка, генерал со стуком поставил её на стол и, захрустев сушёной рыбёшкой, потянулся к следующей. Стянувшаяся внутри пружина медленно разжималась. Хорошее пиво, старый боевой товарищ, которому точно от него ничего не надо, и обстановка точь-в-точь такая, как в той любимой пивной из юности — что ещё нужно для старого, замотанного вояки? Дымок от пары ароматических палочек тоже на удивление не раздражал; напротив, ненавязчивый запах помогал расслабиться. Мужчина сделал себе мысленную пометку: приказать слугам купить такие же.
Коста молча сидел рядом, медленно потягивая пиво, он достаточно знал своего патрона и старшего друга, чтобы ему не мешать. В городе творилось демоны-разбери-что, и хозяин пивной прекрасно понимал настроение генерала, поэтому они вместе со Стоуном молча потягивали пиво до тех пор, пока не появились его приближённые. Тогда, разогнав всех слуг, кроме глухого Пайка, который прислуживал его патрону в требующих конфиденциальности переговорах, владелец питейного заведения прихватил бочонок любимого напитка и отправился в свой кабинет. Раз работы не предвидится, почему бы не расслабиться? С этой мыслью Коста, напевая под нос бравурный марш, поставил бочонок на стойку и, подставив кружку, повернул краник. Хорошо! Пару последних дней он тревожился насчёт происходящего, опасаясь новой волны погромов, но сейчас вздохнул с облегчением — дочкины ароматические палочки действительно хорошо успокаивали.
Увы, он слишком доверял любимой дочери, чтобы обратить на это внимание, Стоун слишком доверял ему, начавшие собираться приближённые — слишком доверяли своему генералу.
А тем временем молодая и красивая семнадцатилетняя девушка категорически не разделяла взглядов отца на своё будущее. Она искренне верила, что достойна большего, чем стирать грязные пелёнки за выводком детей от какого-то там провинциального лавочника. Она грезила о блеске Столицы, красивой жизни, богатстве — и муже, который будет её достоин.
Ради этой мечты девушка была готова на всё.
Нет, ароматный дым не являлся ядом, он не нес ничего страшнее умиротворения и лёгкого притупления реакции. Единственная особенность состояла в том, что это воздействие распространялась на воинов духа почти в той же степени, что и на обычных людей. Ничего опасного. Однако ароматические палочки — не единственный подарок с двойным дном, был и другой, о котором не знал никто, кроме девушки и её новых состоятельных и щедрых «друзей». И вот этот другой «дар» действительно являлся смертельной угрозой. А какова цена приглушённой реакции и задремавшего чувства опасности, когда рядом таится смерть?
* * *
БАБАХ!!! — одновременно детонировали несколько закладок. Взрывные волны сошлись и устроили в центре заведения настоящий ад. Крышу заведения подкинуло вверх, а двери, окна и рамы буквально выдуло наружу вместе с крепежами и кусочками толстых каменных стен.
Могущественные воины духа, способные двигаться на околозвуковых скоростях, а так же наносить и принимать чудовищные по силе удары, имели хорошие шансы пережить огненное безумие. Но не все собравшиеся в пивной офицеры оказались настолько сильны — и не все успели среагировать. Слишком их расслабила привычная обстановка и малозаметный дурман «благовоний». Тем не менее не успели разлететься осколки стёкол и рам, как из заведения наружу выметнулись две стремительные фигуры.
Ожидаемо. Планируя, мы предвидели, что полностью решить вопрос одной взрывчаткой не получится. Всё же незаметно пронести и разместить в «офицерской» пивной достаточно много «адской смеси» не представлялось возможным, несмотря на содействие дочки хозяина. А как показали южные убийцы, чтобы подорвать кого-то по-настоящему сильного, нескольких зарядов по несколько килограмм — маловато. Поэтому, добивая выживших, а значит, и самых сильных врагов, мы решили не сдерживаться; наоборот — добавить немного шума и неразберихи.
Напротив самого удобного пути для бегства, заняв практически всю дорогу, склонив головы к земле и приветливо показав зубки, расположилась призванная из подпространства Печенька. В одну из открытых для ядовитого выдоха пастей — а моя гидра, как оказалось, могла не только далеко и метко плеваться, но и выдыхать подобие ядовитого тумана — и влетел один из спасшихся офицеров. Щёлкнули зубы. Печенька, ошалев от дурной добычи, которая сама запрыгивает в рот, аж забыла выдохнуть.
