— Соедините меня с кардиналом Джовалини.
— Извините, но кардинал сейчас занят, он на другой линии, — отозвался секретарь.
— Передайте, что звонил Джино Белуджи, у меня к нему срочное дело, — сказал медиамагнат, пытаясь побороть спонтанно вспыхнувшее в нем раздражение.
— Безусловно, господин Белуджи. Кардинал ждал вашего звонка, но сейчас он разговаривает с камерарием. Как только он освободится, я немедленно свяжу вас с ним.
Джино положил трубку и в мрачном раздумье прошелся по кабинету. Раздалась приглушенная трель селектора.
— Слушаю, Лучиано.
— К вам мистер Трейтон с каким-то багажом.
— Пропустите его, — ответил Джино, усаживаясь в мягкое кресло за письменным столом.
Дверь отворилась, и в кабинет вошел Трейтон с кейсом в руках, а за ним двое охранников с усилием втолкнули тележку, на которой был тяжелый предмет, накрытый плотным черным чехлом. Подойдя ближе к письменному столу, Том замер в ожидании.
— Ну наконец-то! — воскликнул Джино, расплывшись в довольной ухмылке. — Давайте, порадуйте старика!
Он жестом пригласил Трейтона занять кресло напротив. Охранники сняли чехол и, установив золотую менору в углу комнаты, молча удалились.
Том по традиции закурил любимую ванильную сигару, а Белуджи подошел к меноре, привлеченный тусклым сиянием золота. Он прикоснулся к ней пальцами и, забыв обо всем на свете, принялся с восхищением ее рассматривать.
— Кто бы мог подумать, что эта вещь, изготовленная согласно образу, который Бог показал Моисею, будет вот так запросто стоять у меня в кабинете!
Трейтон тем временем вытащил из кейса хошен и аккуратно положил его на письменный стол вместе с футляром, в котором был обработанный специальными укрепляющими составами пергаментный свиток. Заметив краем глаза блеск драгоценных камней, Белуджи оторвал взгляд от меноры и с лупой в трясущейся от волнения руке склонился над нагрудником.
— Более чистых камней из тех, что мне предлагали, я не видел ни у одного ювелира. Не знаю, сколько могут стоить ценности, спрятанные в тайниках, которые указаны в этом списке, если они вообще существуют, но хошен и менора — вещи действительно бесценные, — с нескрываемым восхищением сказал Белуджи.
Трейтон слегка прокашлялся, чтобы оторвать шефа от любимого занятия — созерцания ценностей.
— Там, в археологическом лагере, произошло кое-что, о чем я хотел доложить вам при встрече. Я не мог говорить об этом по телефону.
— Говорите, Том, не тяните!
Помощник медиамагната по особо важным делам выглядел несколько растерянным. Таким Белуджи никогда раньше его не видел. У него было явно подавленное настроение.
— Должен вам откровенно сказать, мистер Белуджи, что с более сложными обстоятельствами мне еще никогда не приходилось сталкиваться. Во время проведения этой операции погибло в общей сложности двенадцать человек.
— Ну что теперь сделаешь! Поможем их семьям, будем отправлять цветы на их могилы. В конце концов в этом нет и не может быть нашей вины. Поэтому не принимайте близко к сердцу, — не отрываясь от хошена, ответил Джино.
— Не в сентиментальности дело. Вы знаете, что я никогда особенно ею не страдал. Все россказни о демонах я считал до сих пор всего лишь голливудской выдумкой, и не более. Но теперь я уверен в их абсолютной реальности. Две недели назад на меня напал один из них. Это произошло около полуночи возле вагончика, в котором жил доктор Майлз. Я только вышел из его комнаты на улицу, после того, как установил там жучки, и был уверен, что вокруг никого не было. Но тут неизвестно откуда взялась эта тварь, похожая на огромную гориллу, и напала на меня. Я превратил ее голову в сито, но пули не причинили демону никакого вреда!
Представив себе эту картину, Белуджи оторвал взгляд от драгоценных камней и внимательно посмотрел на Трейтона.
— Если бы доктор Мейерс не отпугнула его ассирийскими заклинаниями, то вам бы сейчас вместо меноры и хошена доставили свинцовый гроб с моими останками.
Джино вспомнил беседу со своим таинственным гостем, во время которой тот настоятельно просил опекать доктора Майлза, без которого ритуал не может состояться. Не задумываясь о том, что он будет выглядеть в глазах Трейтона довольно странным, поскольку тот вел речь о нападении демона на него, медиамагнат отдал строгое распоряжение:
