— Джек? Я специальный агент Хедли Мосс из Лас-Вегаса. — Он раскрыл свое удостоверение.
— Нашел их? — хрипло поинтересовался пациент.
— Да.
— Слава Богу. Они безопасности? Томми в порядке?
— С Сэмми все в порядке.
Хедли наблюдал за лицом Джека под маской. Трудно сказать, о чем тот думал. Детектив достал диктофон.
— Вам зачитали ваши права? Готовы обсудить ваше заявление?
— Да… Я забрал мальчика…Кейт указала на него. Она сказала мне, что он наш, и я ей поверил. Так жаль… Его бедные родители… Кейт больна. Нуждается в помощи. — Джек начал хрипеть, и Хедли забеспокоился.
— Не волнуйтесь. Я сделаю всё быстро, но это важно.
— Мне следовало догадаться, — прохрипел Джек. — Виню себя. Она в депрессии уже несколько месяцев. Совсем запуталась. Ее родители умерли… с разницей в пару недель… с тех пор она причиняет себе боль.
— В каком смысле?
— В основном, режет себе запястья. Но она, о Боже….
— Что?
— Я вернулся из города… нашел ее и Томми-Сэмми в ванной. — Она написала мое имя у себя на спине… заставила его вырезать ножом.
Хедли недоверчиво посмотрел на него. Неужели этот парень думал, что у него на лбу татуировка идиота?
— Эй, я знаю, как это звучит. Малыш не может писать… у нее со спиной все в порядке… Послушай, мы оба немного облажались… Я бывал в психиатрических лечебницах и выходил из них… Кейт тоже… Но я бы никогда не забрал мальчика, если бы не верил, что он наш.
— Ты когда-нибудь бил свою жену?
— Только с ее согласия.
Хедли втянул щеки.
— Что это значит?
Джек стянул маску с лица.
— Мы увлекаемся грубым сексом… Мы ходили в БДСМ-клубы в Сан-Антонио… Мы играем в игры, используем наручники, ножи… У нас есть кодовое слово, так что мы не заходим слишком далеко… Чарли. Спроси Кейт. — Джек улыбнулся, затем улыбка исчезла. — Только когда я столкнулся с ней по поводу Тома-Сэмми, она взбесилась… начала говорить обо мне всякую чушь. Натан прибыл в самый разгар всего этого… она начала кричать, что даже не замужем за мной. — Он закашлялся и натянул маску обратно на лицо.
Хедли был встревожен серостью его кожи.
— Не говорите больше. Я прочитал ваше заявление и вернусь позже.
Хедли вернулся в комнату, где чета Хоу воссоединилась со своим сыном, все еще думая о словах Джека Томпсона. Закончится ли это дело тем, что обвиняемые не смогут предстать перед судом? Ребенок жив и вернулся к своим родителям, и это то, что действительно имело значение. Хедли все еще хотел успешного судебного преследования.
Сэмми свернулся калачиком на руках у матери, на лице у него была кислородная маска. Он сжимал в руках уродливую синюю игрушку с опаленным ухом. Лицо Эми все мокрое от слез.
— Он в порядке? — спросил Хедли.
Она кивнула.
— Ему просто нужен кислород на некоторое время. Он не выпускает из рук эту игрушку. Они дали ее ему.
Ее подбородок задрожал, и Маршалл похлопал ее по плечу.
Хедли наклонился так, что его голова оказалась на одном уровне с головой мальчика.
— Привет, Сэмми. Я помогал маме и папе искать тебя. Мы все гадали, где ты был. Кто заботился о тебе?
— Моя другая мамочка.
Эми вздрогнула.
— Где ты жил? — спросил Хедли.
— В доме.
Хедли улыбнулся.
— Что ты делал в доме?
— Мы играли в игры. Я был помощником. Мне пришлось спать в ванне.
— Почему ты спал в ванне?
— Маме было плохо. Она ударила палкой моего другого папу. Он заставил ее остаться в ванной. Он много кричал.
— Они когда-нибудь били тебя?
Сэмми отрицательно покачал головой.
— Они били друг друга?
Его голова опустилась.
— Иногда.
— Твоя другая мамочка когда-нибудь просила тебя сделать что-нибудь с ее спиной? — Хедли проследил за его взглядом. Парень кивнул. Черт. Он этого не ожидал. — Что ты сделал?
Он глубже зарылся в объятия Эми.
— Сэмми? — настаивал Хедли. — Никто на тебя не злится. Ты можешь сказать мне.
— Нож, — пробормотал он.
Сердце Хедли бешено заколотилось.
— Ножи отвратительные, да? И острые.
— Да. Хотя на мне не было никакой гадости.
— Гадости?
— Да. Ну знаешь. — Он наклонился и прошептал: — Кровь.
— Ты что-то делал с ножом? — спросил Хедли. — Кто тебе это сказал? Это твоя другая мамочка?
Он кивнул. Хедли уловил беспокойство Хоу и отступил.
— Как начался пожар, Сэмми? Ты знаешь?
Он прижался лицом к груди Эми.
— Хватит, — потребовал Маршалл.
Джон Макалистер, заместитель шерифа округа Саммит, отвел Хедли в комнату для наблюдения, расположенную между помещениями, в которых содержались заключенные.
— Ни один из них не просил ни телефона, ни адвоката, — произнес Макалистер. — Женщина не сказала ни слова.
Хедли некоторое время наблюдал за Кейт через одностороннее стекло. Если бы не грязное лицо, она могла бы сойти за восковую фигуру — так неподвижно сидела. Ее свитер и джинсы тоже были грязными. Специальный агент посмотрел на Натана, который откинулся на спинку стула, положил ноги на стол и закрыл глаза. Его одежда обгорела.
— Их осматривал врач? — спросил Хедли.
— Они не ранены, просто грязные.
Хедли стиснул зубы.
— Их должен осмотреть врач. Они сопротивлялись аресту?
— Он нет. Ребенок цеплялся за женщину. Это сделало арест… более затруднительным.
— Нашли его пистолет?
— Нет. Он сказал, что украли.