Следующий день был полон хлопот. Началось все традиционно с врачей и прощания с клиникой. Павла презентовала начмеду бутылку коньяка, выставленную ей за свой грех капитаном Бандурой. Привезенный из Харькова коньяк, она решила пока не трогать. Остальному персоналу клиники достался шикарный торт. Надо же как-то марку держать. Медработницы провожали ее уход томными взглядами, мол "эх, красавчик, ведь поматросил и бросил ты нас". На что Павла, мысленно вздохнув с облегчением, сама себе заметила.
"Хорошо хоть, той коровы сегодня не было. А ну, как на прощание целоваться бы полезла. А теперь наконец-то… свобода! Все! С глаз долой из сердца вон. Пусть другие летуны с вами шашни заводят".
Занятия по Муай Тай, прошли в сильно скомканом режиме. Гусак хмурился, но Павла спешила и показав десятка полтора связок приемов, через полчаса объявила об окончании занятия.
— Извини, Валера, времени нет. Если когда-нибудь пересечемся, продолжим. Да. Имей ввиду, я к тебе еще до отлета кое что занесу.
Потом были испытания наконец-то окончательно доделанного "Антея". Шиянов сделал четыре полета, после чего начал стажировать десантных пилотов в правом и левом креслах. Гонял их безжалостно, и, несмотря на неплохие результаты, все время был ими недоволен. Еще через пару часов с него выбросили в полной выкладке восьмерых десантников вместе с капитаном Бандурой. Кресла из салона были демонтированы, скамеек для десантников в салоне пока не сделали, поэтому сидели они все на ровном полу, с трудом удерживаясь при наборе высоты за шпангоуты и за своих соседей. Первое же что увидела Павла после возвращения выброшенного из "Антея" отделения десантников на летное поле, это широчайшую улыбку капитана.
— Ну, Пабло! Оказывается выгодно с тобой дело иметь. За это мне тебе никакого коньяка не жалко. А после учений-то оставят нам его?
— Коньяк ты, голуба, сам проср. л, обещал же мне перчатки и не принес к старту. А "Антея" вам оставят. Вон видишь, Гаврилов уже с местным начальством сделку заключает. Так что не переживай. О! Извини, кажется, меня кличут. Бывай капитан.
Бодрой рысью преодолев полсотни метров до стоящего кучкой начальства, Павла уже привычно вытянулась в струнку с рукой у виска. Рапорт был прерван повелительным жестом.
— Товарищ полковник…
— Значит так, старший лейтенант! Жаль, что ты сам из-за руки пока прыгать не можешь, но вот тебе новое задание. Бери вон те два десятка летунов и гоняй их в хвост и гриву, чтобы через час они были готовы из этого "Антея" прыгнуть. Выпускать их тоже ты будешь. Как половина прыгнет, собирай их всех и рассказывай, что нужно исправить, чтоб все нормально стало. И еще, подготовь из них сегодня двоих-троих на выпускающего. Все понял, старший лейтенант?
— Так точно, понял! Разрешите выполнять?
— Выполняй!
"А Гаврилов-то аж подмигнул. Доволен, как котяра, сметаной объевшийся. Ну как же, еще пока ему не подчиненный, а уже на его мельницу воду льет. Ничего, майор, может, и сойдутся у нас дорожки. Кто ж его знает, судьба – штука хитрая".
В первом старте оказалось двое из недавних знакомых. Буланова из-за синяков пока к прыжкам не допускали, а у Льва ноги зажили, и ему начальство разрешило прыгать. Василий все норовил поддеть нежданное начальство, но Павла ловко уходила от подколок.
— Ну что, товарищи условно сбитые летчики, сегодня вы выпрыгиваете можно сказать в тепличных условиях. Как самочувствие? В норме, тогда – в самолет, марш!
Поймав Василия за рукав, она усадила его на место правого пилота и сунула в руку пачку листов.
— Вот это пока почитай, расслабься. Буду тебя на выпускающего стажировать. И… Вася…, то, что ты сейчас прочел, мы не обсуждаем. Просто прочитай, если согласен подпиши, если нет, не подписывай.
— Колун! Это что это еще за хрень?
— Читай, Вася, потом поговорим. Ты, главное, сам почитай и не только бомберам, но и истребителям покажи. А подписи пусть ставят не все, кто согласен, а только те, кто в течение семи дней точно из Саков отбудет, чтобы местное начальство не гневить.
"Антей" легко оторвался от земли и заложил крутой вираж над тактическим полем. Наконец он выровнялся. И Шиянов с пилотского места показал правой рукой два пальца и подмигнул Павле.
"Ага. Ясно. Через пару минут, значит, на боевой курс выйдем. Надо бы потом хоть скамейки и лампочки как в Ан-2 поставить, а то неудобно. Гляди-ка ты, одни ржут, другие трясутся от страха. Мдя-я. А еще летчики. Хотя я когда-то такая же была. Ничего. Сейчас я этих "воздушных волков" в тонус приведу"
— Теперь слушайте, орлы. Никакой спешки сегодня нет. Прыгать спокойно и не спеша, никто вас не гонит. Поле прыжковое большое, "Антей" над ним кругами ходит. Не успели в одном проходе выпрыгнуть, на другом спокойно сиганете. Повторяться не буду. Делаем все точно так же, как на земле отрабатывали. На один борт и на хвост всей бандой не наваливаться. Вот так вот за петли держитесь. Все понятно? Ну и молодцы.
