Среди нас достаточно умных и благородных граждан, но они по старой плохой традиции все время пребывают в углу с замкнутым голосом.
Народ не вправе обольщаться: сыск и цензура у нас еще здравствуют потому, что мы все трудно привыкаем к свободе и подлинному демократизму. Мешают сила привычки и дурной вкус холопов.
Человечество прошло через эпохи различных идеологий – язычества, теизма, атеизма, вживается в бахаизм.
Пережило разные экономические системы от собирателя, охотника, земледельца до современных форм, неизменно развивая естественные науки, технологии и накапливая арсенал машин.
Хомосапиенс (человек разумный) теперь вправе называться хомоэлектроникумом. Он же, этот разумник, изгадил среду обитания, ресурсы жизни перевел на вооружение, создал уголовно-хулиганский быт, отвращение к труду и уходит в наркоманию, танцуя только под чужую музыку.
Между нами нет понимания, нет доверия, нет осознанной цели, идеала.
А жить хочется нормально, хорошо и уютно.
Мы находимся во времени событий, когда пошлое хамство окончательно подчинит и определит распад русской национальной культуры.
Освобожденное хамство беспощадно, и мы перед ним пока беззащитны. Оно на всех уровнях жизни, от вечерней улицы до апартаментов верховной власти, книжных издательств и редакций ТВ. Неужели нет среди нас умных, мудрых и благородных людей?
В марксизме испытания жизнью не выдержал тезис, что сознание вторично.
Марксизм – наука без души, ленинизм – стихия с хулиганской лексикой. Ни первого, ни второго мы не знаем, а большевизм – это идеологизированный тоталитаризм бандитского содержания, доведенный до высшей степени с помощью лжи, лицемерия и насилия.
Фашизм – его зеркальная проекция.
Народ в ходе истории громил, отнимал, голодал, терпел, рабски трудился, самоотверженно воевал и победил, а для чего, для кого, зачем? Он не знает.
В таком психическом состоянии общества удачно действуют худшие члены человеческого стада, не стесненные гражданскими и человеческими нормами морали.
И произошло самое худшее из возможного: по воле негласного сговора нескольких человек к ногам политических невежд рухнуло осколками огромное государство СССР (пусть дурно устроенное). Взамен мы получили политические смуты, экономическую и финансовую катастрофы, десяток комедийно суверенных президентов, пока ничем себя не проявивших, всплеск межнациональной и межрегиональной вражды, с которыми мы безуспешно боремся или, наоборот, раздуваем и расширяем.
Наиболее крупная часть бывшего Союза Россия, обвиняемая во всех бедах, по-прежнему остается для всех донором и местом, куда можно сплюнуть злобу.
Да и можно ли считать государством территорию и многочисленный народ, который за три года столько накуфарничал? Где законы не действуют, там управляют всем с помощью указов, которые народ не читает, и при этом говорят о новой демократии?
Я уважаю пост президента, но я не могу уважать человека в этой роли, позволившего себе просить ООН о присвоении стране, им представляемой, статуса переходного состояния экономики.
Для меня это звучит иначе: признайте всех нас недееспособными.
Кто недееспособен, тот должен уступить. Я убежденный эволюционист. Всякие революционные методы – это авантюризм и насилие. Их не приемлю. Предлагаю вам объединиться в общество озабоченных граждан для реализации своих патриотических чувств и способами просветительскими формировать гражданское сознание и оздоровлять нравы.
В прошлом изощренная пропаганда лицемерно отождествила мечты о коммунистическом братстве с практикой своего преступного управления, пристегнув сюда идею власти народных советов. Такой власти у нас нигде и никогда не было ни одного дня и часа. У новой президентской партии нет оснований утверждать, что Советы скомпрометировали себя. Их просто никогда не было. Это грандиозный народный обман.
Второй обман в отрицании права и чувства собственника у современного, хотя и урбанизированного человека. Пока и в обозримом будущем мы – собственники, такими хотим быть, и чувство равенства нам генетически противопоказано. Смягчение социальных конфликтов не только в воспитании людей словом, а и в изменении человеческих отношений путем законодательства и принуждения. При этом надо не забывать, что демократия – вещь не безупречная. Сумма мудрости толпы никогда не бывает больше самого мудрого из нее.
