Затем на трибуну поднялся председатель Комиссии по защите от норок. Нет нужды, сказал он, вспоминать историю борьбы Исландии с норками, все ее знают: он неоднократно рассказывал о ней минувшей зимой, в частности на многолюдном рождественском вечере партии, затем на ежегодном съезде, а недавно выступал и по радио. Ему также не хочется огорчать радующихся весне слушателей, повествуя о последних бесчинствах непрошеного гостя, как-то: нападении на гусей близ Рейкьявика или леденящем кровь истреблении кур в округе Аурнессисла. Сегодня он поднялся на трибуну, чтобы порадовать собравшихся важными и добрыми вестями. Ему, собственно говоря, достаточно произнести только одно слово: «Юссадулла!» (Шепот в зале, кое-кто закивал, кое у кого на лице отразилось удивление. Министр-силач подозвал к себе очередного противника и протянул ему согнутый палец.) Новое изобретение, чудодейственная ловушка «Юссадулла», которую производит акционерное общество «Персия», предвещает, по мнению председателя Комиссии по защите от норок, генеральное наступление против непрошеного гостя, а возможно, если хорошенько потрудиться, и окончательную победу над ним. Он выразил уверенность, что каждый патриот, каждый борец за идею, каждый любитель птиц, каждый истинный друг отечества обзаведется «Юссадуллой» и добровольно включится в борьбу против непрошеного гостя. Он решил повсюду, на всех участках государственной системы защиты от норок, применить летом это новое оружие, эту чудодейственную ловушку. Но такая акция стоит много денег. Едва ли можно ожидать, что государственная субсидия на закупку ловушек будет увеличена в требуемом объеме: глубокоуважаемый министр экономики только что сообщил прискорбный факт, что доходов казны вряд ли хватит даже для покрытия расходов, предусмотренных бюджетом. Откуда же взять деньги? Председатель Комиссии по защите от норок объявил, что у него есть основания для оптимизма: сегодня он получил два письма, два необычных письма, которые следует расценивать как предвестие мощной финансовой поддержки народа в борьбе с непрошеным гостем. (Оба министра подняли глаза, присутствующие замерли в ожидании.) В одном письме было двадцать… извините, тридцать пять крон, в другом — пятнадцать. Это надо рассматривать не как дар, а как пожертвование. Крестьянин из Боргарфьёрдюра, пожелавший остаться неизвестным, и также не назвавший себя друг птиц из рейкьявикского округа пожертвовали в фонд Государственной комиссии по защите от норок эти деньги для закупки ловушек, присовокупив к ним привет и благодарность. В Исландии весьма обычное дело, что народ жертвует от щедрот своих деньги церквам, благотворительным учреждениям либо частным лицам, а вот теперь два человека, пожелавшие скрыть свое имя, решили оказать поддержку крестовому походу против непрошеного гостя. Родственник председателя, талантливый и одаренный литератор Гисли из Дьяухнаскьоуля, только что обещал опубликовать сообщение об инициативе этих борцов за идею на первой странице газеты и призвать исландский народ последовать их примеру на благо нашей отчизны и птиц.
Когда смолкли аплодисменты, мой десятник сказал, что намерен купить «Юссадуллу», взять ее с собой летом и ставить повсюду, где они с женой будут ночевать в палатке.
Сортировщик шерсти снова появился на сцене.
— Прелестные девушки и прочие гости!
Светловолосый и голубоглазый молодой человек с открытым лицом, до этого одиноко сидевший в уголке, поднялся и с опущенной головой, смущенно и неуверенно двинулся к сцене. Он был худощав и невысок, бедно, но аккуратно одет. Поднявшись на трибуну, он, бледнея и трясясь, устремил взгляд на дверь, словно помышляя сбежать. Кадык у него прыгал, губы дрожали. У меня было чувство, словно это мой брат. Я прекрасно ощущал его страх и сам покрылся испариной. В зале раздались покашливания и шепот, но тут поэт извлек из кармана несколько листков и начал читать. Сначала он читал очень тихо, слегка надтреснутым голосом. Однако, когда из зала не допускающим возражений тоном повелительно крикнули: «Громче!», он сразу же подчинился, его стало слышно значительно лучше, как будто кто-то нажал на кнопку, и, обливаясь потом, молодой человек как-то очень приятно, четко и исключительно просто стал читать свои стихи.
