После этого отступления давайте вернемся к анализу нашего заклинания. Является правилом, что тапвана, главная часть формулы, легче поддается переводу, чем у’ула, поскольку она выражена менее архаическими и менее сжатыми терминами. Тапвана этого заклинания обладает легкопереводимыми ключевыми словами – как в ее первой, так и во второй части. В первой части (фраза 11) ключевые слова имеют мифическую природу, относясь к местностям, связанным с полетом одной из сестер Кудайури. Во второй тапвана ключевое слово означает: «Я мог бы накренить» или «Я накреню» – то есть от скорости. Это выражение означает здесь «я перегоню», а перечень слов, произносимых с этим глаголом, обозначает различные части лодки. Вторая часть тапвана (фраза 14) гораздо более типична, чем первая, поскольку ключевым словом является глагол, тогда как имена перечня – это существительные. Она типична также и в том, что глагол прямо и непосредственно выражает магический эффект заклинания (обгон других лодок), тогда как совокупность слов перечня представляет объект заклинания, то есть лодку. Таковы тапвана, в которых магическое действие выражается глаголом, тогда как в перечне слов, о котором мы упоминали, разные части огорода, рыбацких сетей, оружия или частей человеческого тела можно обнаружить во всех видах магии.
Первая часть тапвана (фразы 11, 12 и 13) менее типична в той степени, в какой глаголы, описывающие различные магические действия, перемещены в перечень, тогда как ключевые слова являются названиями местности в форме наречия. Словесные звенья длинной цепи метафорически выражают – и все они и каждое из них – скорость лодки: «Я полечу, я стану как дым, я стану невидимым, я стану как вихрь и т. д.» – все это рисует довольно живописные, конкретные картины описания превосходящей скорости. Они представляют также лингвистическую симметрию и специфичность. Приставка ба– является формой будущего или потенциального времени, что я буквально перевел как «мог бы, но что здесь означает «буду». Словообразующая приставка йо– является каузативной и синонимична «становиться как…» или «стать похожим на…». Затем следует корень кокоба – «дым, который стелется клубами над горящим огородом». Поэтому выражение байококоба в его полном смысле можно перевести так: «Я стану как клубы стелющегося дыма». А бойовайсула в его полном смысле можно перевести так: «Я стану невидимым, как далекая водяная пыль». Единственным абстрактным словом в этом перечне является тамва’у, что буквально означает «исчезать». Таким образом, в этой тапвана перечень состоит из нескольких формально похожих слов, каждое из которых выражает одно и то же общее значение в конкретной метафорической манере. Можно представить, сколь пространна вся тапвана (главная часть заклинания), если в середине между двумя ее частями еще раз произносится у’ула.
Последняя часть этого заклинания – догина – содержит эксплицитный намек на миф Кудайури и на несколько упомянутых в этом мифе местностей. В ней заключено также обычное крещендо, характерное для окончания заклинания. Окончательные результаты предсказываются преувеличенными, с помощью сильных оборотов.
<p>V</p>Вот и всё, что можно сказать о заклинании вайуго. Теперь я приведу другое заклинание несколько отличающегося типа, которое относится к мвасила (магии кула). Это определенно более современная формула, в которой нет почти ни одного архаического выражения; слова в виде независимых предложений не используются и в целом ее легко понять, а ее смысл последователен.
<p><emphasis>Кайикуна Сулумвойа</emphasis> (также называемая <emphasis>Сумгеййата</emphasis>)</p>Начальные фразы формулы столь ясны, что дословный перевод сам все объясняет без всякого более точного комментария, за исключением, конечно, фигурирующих здесь имен. Лаба’и – это деревня в северной части Киривина, играющая важную роль в мифологии возникновения человека, поскольку там из-под земли вышло несколько главных субкланов. Лаба’и является также родной деревней мифического культурного героя Тудава. Однако в мифологии кула Лаба’и не фигурирует среди тех мест, которые она затрагивает. Может, эти несколько аномальные черты формулы могут быть связаны с ее очевидной лингвистической новизной? В этом заклинании упоминается и другое личное имя – имя Квойрегу, о котором продиктовавший мне это заклинание Лайсета сказал:
«Мужчина, он жил в Лаба’и, хозяин магии. Это был не тот человек, который первый узнал магию Моникиники. Эта магия была частично найдена Токосикуна, а частично – в давние времена на Синакета».
