Дорога шла через лесную опушку. Дмитрий взглянул, увидел два вековых дуба и вспомнил тотчас свое детство. Юношей видел он такие же дубы, только это было в кино, в картине про Робин Гуда, Дмитрий тогда хотел быть таким же сильным, как Робин Гуд. И он стал таким же сильным, потому что много занимался спортом. А вот теперь надо расстаться со своим крепким телом. Навсегда! Надо погибнуть! Только сейчас Дмитрий понял, что они будут убиты. Через десять минут, через двадцать минут!
Они идут по лесной дороге, и у Дмитрия встает в памяти прошедшая ночь. Накануне к вечеру их вдвоем с Владиславом вызвал командир отряда. Коротко и деловито объяснил, что требуется взорвать у неприятеля Пинхонский мост, через который утром должен проехать грузовой поезд с боевыми припасами врага. Дал им маршрут, указания, они вышли от него и направились прямо к бомбардировочным самолетам. Надели парашюты, взяли с собой взрывчатые средства и забрались в самолет. Там немного позавтракали. Через пятнадцать минут самолет взлетел. Машина поднялась не одна, взлетела вся эскадрилья. Самолеты взяли курс на юго-восток. Дмитрий и Владислав сидели в кабине и жевали копченую колбасу. Дмитрий недолюбливал Владислава. Знаком он с ним был уже два года и раньше просто презирал его за маленький рост и внешне неказистый вид, так как сам был крепким и рослым, с сильно развитыми мышцами на спине и плечах. Он недоумевал, как можно ставить его на одну доску с этим человеком. А за время совместной работы в парашютном отряде Дмитрий стал относиться к Владиславу уже с некоторым уважением, потому что тот обладал непреклонной волей и так подчинял себе свое на вид хилое тело, что приходилось только удивляться, когда он выполнял самые сложные задания.
Они сидели и обсуждали свою задачу. Но вот из отделения летчиков вышел второй пилот и сказал им:
– Пора, ребятки. Добрались!
Они ничего не ответили и подошли к люку. Скоростные бомбардировщики мчались на полном газу. Их появление было для врага неожиданным. Ослепительно белые лезвия прожекторов бестолково резали ночную мягкость неба. Никто с земли не заметил, как один из самолетов перешел в пике и потерял высоту, потом выровнялся и замедлил скорость.
Владислав открыл люк, а Дмитрий сунул руку наружу. Сильный воздушный поток тотчас прижал ее к ребру люка. В отверстие был ясно виден отблеск реки.
– Давай, Ты тяжелее, – сказал Владислав.
Дмитрий прыгнул в люк и стал падать вниз, не раскрывая парашюта. Он смотрел на светящиеся фосфорические стрелки и цифры секундомера, привязанного к правой руке. Внезапно его начало вертеть через голову. Дмитрий выбросил тогда резко в сторону руки и ноги. Вращение прекратилось. Он посмотрел опять на секундомер и, решив, что пора раскрывать парашют, дернул кольцо. Шелковый купол немедленно раскрылся. Дмитрий спускался, считая секунды, чтобы вовремя встретить землю. Носки и пятки ног он плотно сдвинул вместе. В коленях ноги были немного согнуты. Земля появилась неожиданно. Дмитрий завалился на бок, потом встал, собрал и отстегнул от себя парашют. Он не слышал, где опустился Владислав. Через три минуты после своей посадки Дмитрий приложил руки ко рту и крикнул, как кричат совы. Владислав откликнулся и подошел к нему. Они спрятали парашюты в кустах, забросав коричневый шелк землей и мхом. Пошли искать реку. Это было не так уж трудно, потому что ветер был слабый, и их отнесло недалеко. Они прокрались по берегу реки к мосту и стали взбираться на его стальные переплеты. Никто им не мешал, потому что охрана моста не ожидала такой смелой диверсии. Владислав и Дмитрий нашли удобное место и прикрутили фотоэлементы и запал. Дмитрий открыл крышку на ящике. Затем оба стали спускаться обратно на землю. Дмитрий оступился и чуть было не упал в воду, но его поддержал Владислав. Затем они ушли в лес и забрались в кусты, чтобы дождаться взрыва.
С наступлением утра к мосту должен был подъехать поезд врага. Когда состав вползет на мост, то тень паровоза упадет на фотоэлемент, и через две секунды после этого часовой механизм приведет в действие стальной ударник. Взорвется капсюль, и мост вместе с вагонами взлетит на воздух.
Дмитрий и Владислав перешептывались между собой, когда взорвался мост. К небу взметнулись перья огня и черного дыма, взрыв был слишком шумным. А потом произошла эта ужасная драка, в результате которой Дмитрий не может даже пошевельнуть правой рукой. И теперь им предстоит расплата за все. Какая тоска! Дмитрию никогда не приходилось думать о смерти. Она была далеко. И вот теперь она пришла! Пока идет сзади. Нет, он идет к ней навстречу. Это вернее. Неужели конец? Да. Это твердо! Но, может быть, есть выход? Нет, никаких! Но как же расстаться с этим миром, наполненным цветением и радостью, где даже война не казалась ему уже таким большим ужасом? Какая тоска!
– Владик, – говорит Дмитрий, – ты умеешь петь?
– Нет, милый, у меня нет слуха, – отвечает Владислав.
– Слуха? – переспрашивает Дмитрий. – А может, все-таки споем? А? Я не могу идти так!
