— Человечество должно развиваться, — сказал Лобсанг. — Это логика нашего ограниченного космоса. В конечном итоге, мы должны подняться навстречу его вызовам, если только не растратим свои силы в процессе. Ты же сам это понимаешь. Но, если не считать открытия Долгой Земли, мы не прогрессируем; нас просто становится все больше в её уютной колыбельке. В основном потому, что мы просто не понимаем, как распоряжаться всем этим пространством. И возможно, придут другие, которые знают, что с ним делать.
— Другие?.. То есть ты считаешь, что по логике вселенной мы должны превзойти наше текущее состояние, чтобы суметь осуществить её грандиозные планы. Серьезно? Ты действительно уверен, что нам вскоре стоит ожидать появления неких дивных новых созданий?
— А что, разве это невозможно? Разве это не было бы логичным?
Нельсон очень хорошо помнил свои беседы с Лобсангом на том острове. Там ещё была женщина с красным цветком в волосах, её звали Кэсси. Нельсон занимался с ней любовью, это было потрясающе — всего лишь раз, но зато какой… То был один из самых ярких моментов в его жизни — и один из самых безрассудных, поскольку никто из них не предохранялся. Он часто гадал, что случилось с Кэсси потом, корил себя за трусость, что не вернулся назад, решив сделать это, как только закончится очередной кризис. Но затем следовал новый кризис, за ним ещё один, и так снова, и снова…
Уже тогда Лобсанг знал, что она грядет, эта раса сверхлюдей… Ещё бы он не знал — Лобсанг улавливал самые глубокие течения целого мира, всех миров Долгой Земли. И вот это произошло. Но в итоге выяснилось, что сверхлюди — это всего лишь кучка растерянных детей, которые, по словам Лобсанга, нуждаются в помощи Нельсона.
Что ж, так тому и быть.
Островной штат Гавайи, как выяснил Нельсон, меньше всех остальных в мире пострадал от извержения Йеллоустоуна.
Сам центр ВМС был построен в старом бомбоубежище рядом с базой. Используемый совместно с ВВС, он по-прежнему оставался штаб-квартирой Тихоокеанского флота США, а также служил базой ДолАм, вооруженных сил Долгой Земли под командованием адмирала Хирама Дэвидсона. Прилетевшему туда Нельсону Азикиве этот раскинувшийся под палящим тихоокеанским солнцем объект — военно-морская база, кишащая военными, подземный бункер, защищенный от переходов (даже если бы вам удалось перейти отсюда в отпечаток Ближней Земли, вы все равно оказались бы на Гавайях — островах, окруженных тысячами миль океана), — показался настолько защищенным, насколько это вообще возможно.
То есть прекрасно защищенной тюрьмой.
Нельсону пришлось проявить недюжинную изобретательность, чтобы состряпать историю, которая позволила ему попасть в это учреждение. Согласно легенде, он добровольно вызвался служить капелланом для заключенных. Безусловно, придать этой истории правдоподобности помог его опыт работы викарием Англиканской церкви.
А также чат его онлайн-приятелей, известный как «Мастер-викторина», оказался чрезвычайно полезным для сочинения этой легенды. Подобные операции были их коньком, как могли бы некогда выразиться прихожане из его прихода Святого Иоанна-на-Водах. С одной стороны, они были настолько умны, что кое-кто из них сам легко мог оказаться Следующим. С другой стороны, у участников «Мастер-викторины» был один большой недостаток. Нельсону пришлось серьезно попотеть, чтобы отвлечь их от длящейся последние пять лет идеи фикс, согласно которой извержение Йеллоустоуна явилось актом войны, совершенным против правительства Базовых США его врагами, либо было организовано президентом Каули в своих личных целях.
Военный транспортник пошел на посадку. Нельсон сосредоточился на проблемах настоящего.
Сойдя с самолета, Нельсон мгновенно ощутил, как на него хлынула вся тяжесть жары, заставившей его вспомнить про все свои пятьдесят три года, после чего его провели внутрь возвышающегося над поверхностью здания. Он оказался в прихожей с кондиционером, растениями в горшках и портье за столом: вся комната была залита ярким тихоокеанским светом. Если бы не многочисленные эмблемы воинских подразделений на стенах, она легко могла бы сойти за комнату ожидания у элитного стоматолога.
Навстречу ему вышла офицер — женщина лет сорока в новой форме ВМС.
— Преподобный Азикиве?
— Зовите меня Нельсон. Я сейчас сам по себе.
Она улыбнулась, откинув локон седеющих светлых волос, и пожала ему руку.
— Меня зовут Луиза Ирвин, лейтенант. Я осуществляю оперативный контроль над лечением находящихся здесь пациентов. Конечно, мы с вами уже переписывались, но я рада встретиться лично.
Кивнув портье, она вывела его из комнаты, использовав магнитную карту, чтобы открыть двери. Они прошли по узкому коридору с низким потолком из пенополистироловых плит, судя по виду будто из середины XX века.
— Как прошел ваш полёт? В этих военных транспортниках может немного потрясти. Мы приготовили для вас комнату, это в соседнем здании. Поэтому если вам нужно время, чтобы немного освежиться…
— Спасибо, я в порядке.
